— Сейчас, когда смотришь на Сонечку, не мучает совесть за то, что хотел от нее избавиться? За то, что мечтал убить собственного ребенка?
— А тебя совесть не мучает по той причине, что ты бросила свою дочь на незнакомого человека? А?
Задав эти вопросы, ответы на которые уже бы ничего не изменили, Харламов поднялся из-за столика. Официант уже несколько раз смерил их недовольным взглядом, но сидеть распивать чаи и кофеи с Вероникой Игорь не собирался.
— Решай сама: можешь писать отказ от Сони и ехать на все четыре стороны, как договаривались.
А можешь перебраться к моим родителям и там воспитывать ребенка. Подцепить меня на крючок тебе больше нечем. Жена обо всем знает, так что тема шантажа исчерпана.
Сказав это, он удалился размашистым шагом, ощущая себя так, как будто с каждым часов все сильнее проваливался в болото, из которого уже не сможет выбраться. Но это наказание он заслужил.
Харламов поймал себя на том, что задерживается на работе даже когда для этого нет никаких оснований.
Он сидел, запершись в кабинете и не желая выходить даже по нужде, чтобы не сталкиваться в коридорах с подчиненными. А потом, когда наступал вечер, ехал домой, то останавливаясь возле торгового центра, по которому бродил без цели, то просто давая лишний круг по району.
И вот сегодня была точно такая же история. Мысли крутились вокруг Саши. Он безумно любил жену, но уже начал осознавать, что она больше никогда к нему не вернется. Только не эта девочка, которая умела быть преданной и обожающей, но одновременно уважающей себя настолько, что о прощении и речи не шло.
"
"И хотя он все еще не оставлял надежды со временем вымолить его, понимал, что сейчас ему лучше даже и не соваться к ней, чтобы не стать тем раздражающим фактором, от которого она будет мечтать избавиться любым способом.
— Т — с—с! — сказала мама, встретившая его на пороге, когда он вошел в квартиру. — Тихонько мой руки. Сонечка, наверное, заснула.
Он нахмурился, потому что мать вела себя как-то странно.
Как будто нервничала, но при этом была очень довольна. Интересно, что случилось? Отец выиграл в Русское лото?
— Голоден? — спросила она его, когда он вышел из ванной.
Игорь помотал головой.
— Обедал недавно, — соврал, зная, что сейчас ему в горло кусок не полезет.
— Хорошо. Иди к дочке.
Она ушла, уже не пряча улыбку, полную удовлетворения, что вызвало у Игоря предположение, которое ему совершенно не понравилось.
