Либо он шел, чтобы убить Аглаю Тихоновну, и опять же Нина Петровна его спугнула, или, что тоже возможно, он просто перепутал двух пожилых женщин.
– Ты считаешь, что это возможно? Перепутать двух людей?
– А почему нет? Если злоумышленник как-то связан с Магаданом, то в последний раз он видел Аглаю Тихоновну пятьдесят лет назад. За это время люди меняются необратимо, а Нина Петровна примерно того же роста и той же комплекции, да и одежду она носит в основном ту, что ей отдает или специально дарит Аглая. Ты об этом не думал?
– Нет, но обязательно подумаю, – сказал Бекетов, притянул ее к себе, обнял за плечи, бережно уложил обратно на ковер, лег рядом, закинул на Катино бедро свою ногу, словно одеялом укрыл, хотя в комнате вовсе не было холодно.
– Но вот переезжать к Колокольцевым ты не будешь. Даже не думай.
– Но почему?
– У твоей Аглаи есть внучка, ей тоже хватит уже выпасать подружку и помогать той справляться с горем. К Ане-Тоне прилетел отец, завтра кремация, потом урну увезут во Владивосток, но несколько дней вице-адмирал Демидов пробудет здесь, ему и карты в руки, пусть утешает и успокаивает дочь, а Глаша возвращается домой, к бабушке.
Это ее место, а не твое.
– А где мое место? – подначила Катя.
– Здесь, в этой комнате, на этом ковре. Рядом со мной. Не обещаю, что смогу оставаться с тобой каждый день, потому что дежурства никто не отменял, да и вообще при моей работе меня могут выдернуть из постели в любую минуту, но обещаю проводить тут все свободное время. Если ты позволишь, конечно.
– Заманчиво, – сказала Катя, примерилась и поцеловала его в губы. – А где ты был раньше, Владимир Бекетов? Этому ковру очень тебя не хватало.
– Ходил на твои дурацкие занятия, чтобы обратить на себя твое внимание, но безуспешно, – сообщил он. – Ты была вся такая серьезная и неприступная, что я всю голову сломал, чтобы понять, как все-таки к тебе подобраться. Оказывается, должно было просто произойти убийство.
– Фу, как цинично.
– Зато жизненно. Ты просто очень испугалась за свою Аглаю, и этот страх открыл шлюзы.
Ты очень крепко держишь себя в руках, Катюша, так, что ни одного зазора не найти. Но тем интереснее было, правда.
– Как ты вообще про меня узнал? Я ни минуты не верила, что тебе интересны актерско-психологические курсы. Ты настолько отличался от других участников Открытого театра, что я невольно тебя боялась, потому что не понимала причины, по которой ты здесь.
– Увидел тебя на спектакле. Меня как-то друг затащил. Случайно получилось.
