Только первый из них был не мой.
Я выстрелил в Валета — но палец дёрнулся, рука соскочила, и пуля, вместо того, чтобы врезаться ему в живот, ушла вбок, растворилась в черноте над рекой.
Валет рухнул на землю и пополз к машине, зарываясь пальцами в глину, как раненый шакал. Но я знал, что он был не ранен. Не попал. Помешали!
Сука! Кто-то выстрелил в меня со спины.
Он не попал. Пуля врезалась в ветку рядом, сломила. И в следующее мгновение я почувствовал, как что-то горячее обожгло макушку — будто удар горячего воздуха, слишком близко.
Бах! — это был еще один выстрел в меня.
Твою мать! Меня едва не сняли в затылок. Ещё миллиметр — и всё.
Я рухнул как подкошенный. Резко, всем телом, сходу вжимаясь в траву. И сразу перекат, разворот. Вслепую пальнул туда, откуда, как я прикидывал, вёлся огонь.
Бах! Бах! Бах!
Ответная вспышка. Бах! Бах! Это уже по мне.
Судя по звуку, стреляли с фланга, пули с треском влетели в тот самый куст, где я был секунду назад. Чёрт! Валет-то подготовился.
Пришёл не один.
Вот сука! Трусливый ублюдок. Мразь.
Ползком, будто ящерица, я переместился вбок, скатился по склону в овраг и затаился, вжимаясь в сырую от росы землю. Какой-то жучок заполз мне за шиворот, трава лезла в лицо, но я не двигался. Только дышал — тихо, хоть и рвано.
Слева кто-то ломился через кусты туда, где минуту назад я выбирал позицию. С другой стороны тоже послышался треск, и где-то сбоку — шорох. Меня окружали. Медленно, но уверенно.
— Много вас, тварей… — выдохнул я беззвучно.
Один, с этой пукалкой, против вооружённой бригады — не вывезу.
Нащупал запасной магазин, быстро, насколько позволяли холодные пальцы, поменял его. Щёлк. Тот надёжно встал в рукоять. Сейчас в пистолете девять патронов: восемь в магазине, один в стволе. Ещё один полуразряженный магазин в кармане. Всё. Запасов больше нет.
Шорохи вокруг стихали. Чем ближе они подходили, тем тише становились. Ага… Осторожничают.
И вот — тишина. Ни шороха, ни шагов. Лес замер.
Я осторожно выглянул из-за края оврага.
Темень в лесу — хоть глаз выколи. Месяц дохлый, как старый фонарь. Звёзды не пробиваются сквозь черные облака. Кроны деревьев скрывают даже отблески от воды.
И тут звук. Где-то со стороны пристани заревел двигатель.
Я приподнялся, сквозь просветы между стволами успел увидеть, как чёрный «гелик» с заносом по глине рванул прочь, мотнув хвостом грязи.
— Тварь… — прошипел я и беззвучно плюнул.
Сбежал. Снова. Ну ничего.
