– Для полицейского уж очень ты робкий, – заметила Элейн, сложив руки на груди. – Покрасней еще.
Он поджал губы, бросив на нее недовольный взгляд.
– Я за тебя волнуюсь. Девицы обычно падают в обморок, стоит мужчине сказать «бедра» или, благие небеса, «грудь».
– Я, конечно, была бы таким «трогательным цветочком», если бы твой брат не убил мою семью. А так я десять лет работаю прачкой и чего только не наслушалась.
– Спасибо, что не забываешь упомянуть об этом в каждом разговоре. Если что, у меня отличная память.
И если тебе так хочется подробностей: этот убийца, которого мы зовем Художник, убивает светловолосых девушек с почти мальчишеской фигурой. Платье всегда разрезано, на теле, от шеи до паха, в основном на груди и животе острым лезвием оставлены рисунки – какие-то знаки, которые мы пока не распознали. – Видимо, заметив, как побледнела Элейн, Оддин прокашлялся. – Все, я и так сказал слишком много.
Она фыркнула и сделала вид, что рассказ ее ничуть не тронул.
– Хорошо, о, «нежная маргаритка», и так все понятно.
А из Кападонии были новости о таких преступлениях?
Оддин покачал головой.
– Тогда откуда ты знаешь, что он скрылся там? Почему вообще поехал в Лимес?
– Вообще-то это служебная тайна…
Элейн одарила его своим самым саркастичным взглядом."
"– …которую я из чувства вины, разумеется, открою, – язвительно добавил он. – Нам удалось найти в Альбе место, где скрывался Художник в последнее время. Он к тому моменту уже покинул укрытие, но в тайнике мы обнаружили карту Кападонии, а в мусоре – клочок пергамента с лимесским адресом.
Выяснили, что он взял лошадь до Хапо-Ое, куда отправился и я. Там он действительно оставил лошадь, получил обратно залог. Дальнейшие действия оказались не ясны, но я предположил, что он проследовал в Лимес. Однако там никаких зацепок найти не удалось. Шериф говорил мне, что в Кападонии никто не станет помогать, даже если я буду гнаться за демонами ночи. Но я его не послушал и в итоге потерял время.
Покачав головой, Элейн сказала:
– Ты заявился в форме карнаби, естественно, никто не стал тебе помогать. Нужно было хотя бы переодеться. А так и правда зря проделал такой путь.
– Зато я встретил тебя, – возразил Оддин.
– «Зато» или «да еще и», это мы посмотрим, – мрачно отозвалась Элейн.
Она задумчиво устремила взгляд в окно.
– Зачем ему играть с тобой? – спросила Элейн. – Может, вы с ним знакомы?
Оддин побарабанил пальцами по столу.
– Сомневаюсь.
