– Ты действительно думаешь, что это все, на что я способен? – уточнил он, подняв брови, а затем прорычал: – Я знаю около трех десятков способов заставить тебя говорить правду. Некоторые из них опробовал на себе.
Он резко поднял перед ней руку, сжатую в кулак, затем медленно распрямил три пальца – большой, указательный и средний.
– Знаешь, почему я не могу распрямить их? – Он перевел взгляд на скрюченные безымянный и мизинец.
Элейн испуганно покачала головой. Ее взгляд метнулся к бронзовым часам. Оставалось три минуты.
– Кападонцы пытались узнать то, что им знать не полагалось.
Она не хотела это слышать. Не сейчас.
– Будешь продолжать в том же духе – покажу, – прошептал он, склоняясь к ее лицу, – что именно они делали.
Элейн вскрикнула, когда он схватил ее ладонь.
– Нет, пожалуйста, нет, – поспешно выдохнула она; страх в ее голосе был неподдельным. – Я все расскажу. Пожалуйста.
Ковин молча смотрел, ожидая продолжения, не позволяя, однако, высвободить руку. Элейн не могла избавиться от картины в своей голове, в которой Ковин ломает ей кости.
– Я пришла в Нортастер из-за вас, – произнесла она. – Сначала увидела Оддина и подумала, что он – это вы. Приехала за ним в Нортастер и, помните, увидела вас. Подумала, что вы – это он.
– Короче, – процедил Ковин.
Элейн бросила взгляд на часы. Две с половиной минуты. Нужно было тянуть время.
– Я знала о вас с детства. – Она вздохнула и отвела взгляд. – Знала о ваших подвигах. – Последнее слово она произнесла с неясными эмоциями.
То ли с сарказмом, то ли нет.
Он вцепился в ее волосы и встряхнул. Она снова вскрикнула, не в силах сдерживать слезы."
"– Это правда! Из-за того, что знала о вас, хотела найти. Когда увидела Оддина, решила, что нашла. Это была случайная встреча, клянусь, но такое совпадение показалось мне судьбой. Я отправилась за ним следом и попала в Нортастер. Тут встретила вас, а вы пригласили меня работать в вашем доме. И я поняла, что если хочу узнать вас, то способа лучше и не придумаешь.
Он сузил глаза, чуть приблизив свое лицо к ее, будто пытался разглядеть ложь. Но она, зная, что была плохой лгуньей, намеренно говорила чистую правду.
– Зачем ты хотела узнать меня? Что тебе от меня нужно? – процедил Ковин.
Элейн изобразила смущение. Пока ее взгляд блуждал по комнате, она обратила внимание на время: оставалось еще полторы минуты.
– Господин Торэм, я… я не знаю, как объяснить…
Он снова сжал пальцы, которые держали ее волосы под париком.
