– Даже вашу власть он ставит под сомнение, действуя от вашего имени, но по своему усмотрению. Только вы в силах восстановить справедливость и поставить его на место.
– Вы несдержанны и нахальны, – покачал головой Болтайн. – Не имеете понятия, как вести себя в присутствии короля, лезете в дела, которые вас не касаются.
Она проглотила и это, хотя гневный румянец наверняка выдавал ее чувства.
– Типичная кападонка, – продолжил король с легкой усмешкой.
Элейн молчала, кусая губу.
– Ваш народ всегда привлекал меня своим диким нравом, – заявил Болтайн после паузы, в течение которой с любопытством разглядывал ее пылающее лицо.
– Скажите же, Элейн Мун, как вы намерены вывести наместника на чистую воду?
Она посмотрела на него полным решимости взглядом:
– Согласитесь мне подыграть – и получите доказательства.
* * *Донун отправился в столицу Англорума сразу после похорон Феолора и Ковина. У него было в Колдуэне много работы, и в первую очередь следовало отчитаться перед королем о делах за последние три недели.
А еще нужно было предложить новую кандидатуру на место мормэра в Нортастер. Имелся на примете один хороший знакомый, судья, но Болтайн не любил такие «приятельские» назначения."
"Едва вернувшись в столицу, Донун отправился во дворец Его Величества. Из-за всех этих похорон он приехал позже, чем рассчитывал, и теперь не просто не успевал зайти домой с дороги, но еще и опаздывал к началу Совета. Успокаивало его лишь то, что он послал вперед гонца, чтобы тот передал королю весть о задержке.
Стараясь ступать тише – что из-за трости оказалось пустым усилием, – Донун прошел к длинному столу и занял свое место. Подняв взгляд на короля, он издал хрип. Рядом с правителем Англорума стояла девушка. Ее вьющиеся ярко-рыжие волосы разметались по плечам, красное кападонское платье чуть развевалось – видимо, от ветра из открытого окна. Бледная – слишком бледная – кожа резко выделялась на фоне алой ткани.
Донун указал на нее пальцем, силясь вымолвить хоть слово. Возможно, в иной раз он бы просто спросил, что за гостья посетила совет, но в последнее время нечисть будто бы так и подбиралась к нему, грозясь утянуть в бездну.
– В чем дело, Годвин? – произнес Болтайн сурово.
Оглядевшись, Донун застыл. Никого, совершенно никого не удивляло присутствие в комнате странной девушки с белым как молоко лицом и идущей носом кровью.
– До вас дойдет очередь, Годвин, – отчитал его король недовольно. – А сейчас сядьте и ведите себя тише.
