— Почему же, когда дракон вас хотел схватить, он щелкнул когтями на высоте метра от земли? Или я устроила эксперимент с ползаньем, и дракон также промахнулся, сжав когти в метре от земли? И почему они бросаются на светлое?
— Их подводит инстинкт. Они привыкли охотиться именно так.
— Но ведь сурков на нашем холме нет!
— Это нас и сбивало с толку. Иначе трудно было бы не догадаться, в чем дело. И именно это заставило нас занять место сурков в рационе комаров.
— А где же… — начала Таня, но Павлыш перебил ее:
— Значит, существует экологическая ниша.
Каждый холм — стойкое сообщество. Комары живут в норах сурков и пьют их кровь. И, вернее всего, сами они тоже чем-то нужны суркам, может быть, те едят их личинки. Сурки питаются муравьями и тоже контролируют их численность… Драконы не без пользы соседствуют с этим сообществом. Но строго следят, чтобы была неприкосновенна их территория. И поедают слабых, нерасторопных.
— А я сидела на крыше, — вспомнила Татьяна.
— Нашествие расплодившихся сверх меры муравьев и стало для меня последним штрихом в картине этого мира, — сказал Павлыш.
— Ладно, пойдем дальше. Что же получается? Мы прилетаем, высаживаемся на холме. В период проливных дождей, когда жизнь на планете замирает, мы начинаем строить, заваливаем норы, сурки гибнут или убегают в лес. Там нет их привычной пищи, и они постепенно вымирают. Помнишь сурка, которого ты привезла? Он был больным и полудохлым. Комары в процессе эволюции привыкли обходиться «своими» сурками. Улететь они не могут. Сурков нет, комары летят на тепло, кусают нас и дохнут.
А драконы лишаются крова родного. Они рады бы сменить холм, но у каждого холма, вернее всего, есть свой род властителей, и другие драконьи роды не пустят к себе на холм чужаков…
— А если здесь тоже будет что-то похожее? — Татьяна обернулась, прислушиваясь к звукам леса.
— Все зависит от нас. Перед тем как переселяться, поглядим, не мешаем ли мы кому-нибудь.
— Согласна, — ответила Татьяна. — Мне тут нравится.
Эпилог
«Сегежа» вышла на орбиту планеты через десять недель после того, как Павлыша обменяли на доктора Стрешнего.
Она должна была спустить свой катер с грузами для станции. Нина с Павлышом отправились к посадочной площадке пешком, потому что Татьяна-маленькая с Джимом чинили вездеход — безотказный работяга забастовал именно тогда, когда надо было показать гостям, что они прибыли на образцовую станцию.
Нина и Павлыш укрылись от жгучего солнца под навесом, рядом со станционным спасательным катером.
