Впервые за долгие годы она вправе была сама решать свою судьбу. Ей едва верилось, что это не сон, что она вновь обрела семью. Возможно, возвращение домой, в Нортумберленд, под именем Антонии Хиллиард поможет ей сложить воедино хрупкие осколки разбитого сердца.
Глава 31
Чистый прохладный рассвет обещал надежду и обновление.
«Ложь, все это ложь», — устало прошептал Рейнло.
Запрокинув голову, он посмотрел на небо. Бледно-голубое, как глаза Антонии.
Воспоминания, словно отточенный нож, вспороли ему душу. Рейнло на мгновение зажмурился от боли.
Открыв глаза, он увидел пару лебедей, паривших в воздухе у него над головой. Сердце его взволнованно забилось, несмотря на отчаяние, ледяными пальцами сжимавшее горло.
«Подходящий день, чтобы умереть. Отличный денек, чтобы стереть Бентона с лица земли».
За спиной у него Торп шептался с доктором. По другую сторону поля Бентон проверял пистолеты. Мерзавец не поднял глаз, когда Рейнло прибыл в своем изящном кабриолете, запряженном парой великолепных серых лошадей.
Какая жалость! Этим утром Рейнло особенно тщательно озаботился о своей внешности. Ему хотелось предстать перед врагом во всем блеске. Он облачился в новый темно-синий сюртук, надел свой любимый, расшитый китайскими драконами жилет цвета слоновой кости и приказал Моркомбу побрить его с удвоенным усердием, «словно речь шла о жизни и смерти».
Каламбур показался ему удачным.
Отыскать Бентона днем раньше не составило труда. Возможно, этот молодчик и воображал себя опасным вольнодумцем, человеком богемы, но поступил весьма предсказуемо, остановившись в отеле «Палтни».
Бросить болвану вызов оказалось так же просто. Рейнло объявил во всеуслышание, что ему не нравится жилет Бентона. Это было чистой правдой — проклятый хлыщ вырядился павлином.
В юности Рейнло, как и многие горячие головы, несколько раз дрался на дуэли, однако ни один поединок не закончился смертью. На правом плече маркиза до сих пор красовался шрам — напоминание о задевшей его пуле. С юных лет Николас постоянно тренировался в стрельбе, как совершенствовался и в других умениях, необходимых столичному джентльмену, но лишь теперь, задумавшись о своей жизни, он понял, как много времени потратил впустую, преследуя никчемные цели.
Но этим чудесным утром он задумал совершить благое дело.
Рейнло не тешил себя иллюзиями. Что бы ни ждало его в будущем, он навсегда потерял Антонию. Двух женщин он любил и обеих предал. Бесчестье Элоизы так и останется неотомщенным.
