Так вот почему лорд фон Штирлиц решил поспешить с переселением Зябы – у него, оказывается, ужин заказан был. А я-то уже размечталась, что дело в моем демарше в душ и не слишком длинном платьишке.
Так. Стоп. Снова не о том думаю.
И вообще, за мной, кажется… Блин, да за мной же поухаживать собрались!
Глава девятая
Это было так странно, так необычно. Он и я, в гостиной, наполненной приглушенным светом настенных бра, за низким чайным столиком, на который Эмиль лично выставил все содержимое корзины. Все эти многочисленные плошки с салатами и соусами, хлеб, а также небольшой поднос с высокими бортиками, где лежало нечто похожее на отбивные.
А вот вино норриец не заказывал, явно предпочитая собственные запасы. Или такой подход был обусловлен скорым отъездом из Академии Стихий? Впрочем, уточнять этот момент я не стала – какой смысл?
Куда интересней было то, что на сервировке стола Эмиль не остановился. Он лично наполнил мою тарелку незнакомыми кушаньями, после щедро плеснул вина в бокалы и предложил тост:
– За самую удивительную девушку!
Хотелось закашляться и покраснеть, но… я пришла к выводу, что еще успеется.
Поэтому с некоторым запозданием, но все-таки поддержала инициативу Глуна.
Звон бокалов наполнил пространство и растворился в тишине, а я искренне залюбовалась ровными чертами лица и блеском синих глаз. Мой визави пытался скрыть улыбку – не знаю почему, но это завораживало.
Здесь и сейчас он казался совершенно другим – мягким, теплым и бесконечно чутким. И чем дольше я смотрела на такого Эмиля, тем быстрей приближалась к состоянию когнитивного диссонанса.
Просто отлично помнила, как он вел себя в начале недели. Предыдущие «подвиги» тоже не забыла.
Вот только поднимать эту тему в самом начале ужина не решилась. Зато посчитала ситуацию очень удобной, чтобы попробовать выведать другой, не менее интересный секрет.
– И все-таки, как ты познакомился с Куулой? – подхватив вилку, тихо спросила я.
Он на миг прикрыл глаза, но голос прозвучал доброжелательно:
– А до империи не потерпишь?
Я поспешно замотала головой и подарила шпиону норрийскому хитрый взгляд.
И… ура мне! Эмиль все-таки сдался!
Тоскливо взглянув на выложенный на тарелке салат, хлебнул вина и откинулся на спинку кресла.
– Мне было пять, – мягко сказал он. – В то время я был в самом начале обучения, и у меня имелись некоторые проблемы со способностью чувствовать магию Воды. Отец, а именно он занимался моим образованием, решил применить радикальные меры.
