— На меня смотрели такие голубые глаза, что гневаться я уж точно не смогла бы. Да и стоит ли переживать по поводу синяка на скуле.
— Хороший удар.
— А разве с моей профессией с другим долго проживешь. Я же воровка. Уж не знаю, чего ты там себе навоображала, но я не случайная жертва правосудия.
— А я бродячая магичка, — протянула я руку.
Катинка ее приняла и, дернув на себя с несвойственной такой щуплой особе силой, помогла мне подняться на ноги.
— Собирайся. Через пять минут выходим.
— А куда я без ботинок-то?
Вот об этом я как-то не подумала.
И озадаченно потерла нос:
— Сейчас посмотрим.
По коридору разносился удивительно вкусный запах скворчащего в масле шпика и жареных яиц. Завтрак, с любовью подумала я. В ближайшую замочную скважину я сунула кончик пальца и прошептала заклинание сна, затем открыла и вошла. Ничего сложного.
Только помарочка вышла, здесь отдыхал здоровенный мужик с сапогами, в которые я могла бы влезть в валенках, да и то свободно бы оказалось. Правда, осмотревшись, я заметила длинный теплый плащ, подбитый мехом, такой в дороге бы пригодился.
Да и не может же Катинка в одной рубахе ехать, холодно ведь. А новую куртку я пока носить не хочу, с моими талантами, да без магической поддержки еще до Табольска в ней дырки появятся.
«Эх, гулять так гулять, воровать так воровать», — решила я и умыкнула плащик.
В соседней комнатке нашлось и искомое, довольно сносные сапоги, выглядящие даже франтовыми. Раньше они явно принадлежали этой надушенной мамзель, что почивает в постели с усатым мужичком.
Скинув найденное (хм, ну ладно, честно сворованное, хотя какое честно!) на пол перед Катинкой, я поспешно схватила вещи и сказала:
— Идем, но только тихо.
И мы прокрались, как две мышки. Согласна, одна мышь была явно сильно пьяной, потому как раз пять натыкалась на предметы, уронила вазу с давно увядшими цветами, вывихнула себе палец, и даже умудрилась свалиться с лестницы. При том оказалось, что данный грызун имеет такой словарный запас!"
"А к Катинке никаких претензий, ловкая, тихая девочка.
И вазу поймала, и меня за шиворот придержала, и рот зажимала. За что и была нещадно покусана. Ну, это тоже рефлекс.
По дороге я прихватила еще и метлу, на что воровка съехидничала:
— Следы что ли заметать.
— Что за ведьма без метлы? — Погрузив все оставшиеся вещи на бедную Бинки, это так мою лошадку зовут, я кивнула: — Залезай.
— Как же ты?
— А я следы буду заметать. Садись, говорю.
