Вместе с ними на свет извлекли колье и браслет того же комплекта. Все это надели на меня.
— Зачем?
— Для красоты, — пожала плечами магиана.
— Какая красота? Вы меня хоть раз видели? Я и красота несовместимы. Ой, магиана, а как же моя практика и учеба.
— Вы ей не сказали, ваше величество? Хорошо, тогда скажу я. Асуры не хуже нас знают — не окончив учебу, ты никуда не поедешь. Поэтому мы решили — сначала ты заканчиваешь Академию, а уже потом едешь в царство Варуны и выходишь замуж.
— Так я сейчас не… А что будет сейчас?
— Обряд обручения.
Еще не свадьба, но уже соединение. Ты станешь невестой демона.
Я поежилась, так мне не понравилось это новое звание, пусть я лучше буду «чудом ходячим», но не «невестой демона». К тому же непонятно какого.
Вот что больше всего меня раздражало в этой истории.
Ну ладно, почему асуры остановили свой выбор на мне, я еще могу понять — отчего не взять понравившуюся игрушку, раз разрешают выбрать любую. В конце концов, на пару сот лет я их развлеку, а дольше мне не прожить.
Но вот то, что я не знаю, кто же из четверых будет моим мужем, меня убивало. Разыгравшееся любопытство просто сводило с ума.
Вот черти разноцветные!
А еще было непонятно, кого бы я сама хотела увидеть на этом месте.
Наверное, Заквиэля, ему я доверяла больше всех, он заботлив и всегда все понимает.
Или Аскара, с его мягкостью и озорством?
А может Данте с его воздушными крыльями и хитрым прищуром?
Хотя у Бальтазара есть все тоже, что и у остальных.
М- да.
В коем-то веке есть выбор, да и того сделать самой не дадут.
Отец протянул мне коробочку с лежащим на подушечке перстнем.
— Одень пока. Потом отдашь наследнику.
Странно, в самую пору.
Кольцо сначала показалось мне холодным, но потом с каждой секундой белый камень начал вбирать в себя мое тепло. И через пару минут оно уже горело, раскалившись докрасна, пока неожиданно не растаяла на моей руке.
Я подняла ошарашенный взгляд на отца с Консуэлой. Та взяла меня за руку и начала ощупывать безымянный палец.
Но вместо кольца на руке стало появляться кое-что другое. У самого основания безымянного пальца вроде бы появилась родинка, которая, пару секунд подумав, дала росток. Он оплел палец целиком, давая побеги и листья, маленькие, треугольные, в виде сердечек. На ногте раскрылся цветок. Покрыв один палец, росток начал переходить на другие. Я с ужасом наблюдала, как рисунок, словно сделанный коричнево-зеленой краской, опутывал мою ладонь.
