Даже разговаривать не хочет. В чем дело?
— Ну что ты кипятишься, капитан? Садись, и поговорим спокойно, — подполковник, грузный, с залысинами, кивнул на стул. — Боборыкин никуда не денется, возьмут его, успокойся. А указание прокурора следует исполнять.
— Я исполняю… задержал Чубатова. Но прокурор необъективен. И я с ним не согласен по ходу дела.
— Если прокурор берет следствие в свои руки, ты обязан отдать.
— Пожалуйста! Бумаги я отдам.
— И продолжаешь вести это самое расследование. Какое ты имеешь право?
— А если я не согласен с выводами прокурора?
— Ты обязан прекратить расследование.
Если не согласен, пиши рапорт.
— Я напишу рапорт. Но к рапорту я добавлю кое-что другое. Я подробно изложу, что за порядки сложились у нас по заготовке леса. Что за отчетность! Что за снабжение! И все хотят из воды сухими выйти. На стрелочника свалить! Я попытаюсь разобраться в этом до конца.
Подполковник Колесов с долгим укором смотрел усталыми, отечными глазами на Конькова, выражение лица его было печальным и скучным, ему жаль было, что взрослый и вполне разумный человек порет горячку и не хочет считаться с элементарными правилами.
— Прокурор требует отстранить вас от дела, — произнес он наконец. — Я надеюсь на ваше благоразумие.
— Я буду проводить расследование, — сказал упрямо Коньков.
— В таком случае, вы будете наказаны.
— Благодарю за предупреждение, — Коньков учтиво склонил голову и пошел к двери.
Подполковник встал и сердито сказал:
— Остановитесь, товарищ капитан!
Коньков остановился, развернулся по-военному, щелкнул каблуками:
— Слушаюсь, товарищ подполковник!
Тот подошел к Конькову:
— Леонид Семеныч, мы с тобой больше года проработали… Зачем же так открыто рвать? Зачем не уважать старших?
— Я вас уважаю, товарищ подполковник.
— Формально. А по существу не слушаешь. Ну, поверь моему опыту, нельзя лезть на рожон. Прокурор для тебя, для следователя, одно и то же, что ротный командир для отделенного. Хоть субординацию соблюдай.
— Чем же я нарушил субординацию?
— Ну, как же? Прокурор отдал приказ — арестовать подследственного. А ты что сделал? Мало того, что целый день проманежил… только вечером взял его. Так еще и с гитарой вел через весь город!
— Мне совестно вести под конвоем невинного человека.
— Суд покажет, виновен он или нет.
— Вот именно. Будем готовиться к суду.
— Что это значит?
— А то, что я вам сказал. Буду жаловаться. Действовать, как сочту нужным.
