— А кто докажет, что это был Боборыкин?
— Я могу доказать, такое дело.
— Каким образом?
— Я следы видел. Лошадка искал. Всю тайгу прошел. Лошадь нашел. В ОРСе, оказывается, лошадка. Ну, где запань. Конюх мой друг. Мы выпивали немножко. Я давал ему свой нож. Хор-роший нож. Конюх давал мне писаку. Вот такое дело, — Арсё вынул сложенную вчетверо бумажку, протянул ее Конькову.
Через плечо ему заглядывала Елена и зло цедила:
— Какая сволота! Какая сволота!
Коньков развернул бумажку и прочел вслух:
— «Конюху Коновалову.
Выдать лошадь под седлом подателю сего, Боборыкину. Завхоз Сметанкин. 20 сентября сего года…» Вот это бумага! — Прихлопнул ладонью по записке Коньков и радостно подмигнул жене: — Ай да Арсё! Да ты прямо Шерлок Холмс…
— Конечно, — охотно согласился Арсё.
— За это и выпить не грех, — Коньков налил всем в рюмки водки.
— Можно такое дело выпить, — Арсё бережно приподнял рюмку и, кривясь, медленно цедил водку.
Коньков помолчал для приличия, ожидая, пока Арсё закусывал свиным салом, потом спросил:
— А что за трубку положил он в юрту?
— Вот его трубка, — Арсё вынул из кармана дюралевую трубку, из которой торчал остаток истлевшего фитиля: — Там нашел, где юрта Гээнта стояла.
Коньков взял трубку, стал разглядывать ее и вдруг вспомнил: это был тот самый обрезок, которым он расшвыривал пепел на месте сгоревшей юрты. Запоздалая досада на свою оплошность вызвала в душе его горькое сожаление, он только головой покачал:
— Как же я не обратил на нее внимания? Эх, лопух я, лопух! — выругал он себя вслух.
— А при чем тут трубка? — спросила Елена. — Какая связь этой железки с пожаром?
— Типичный самопал, — Коньков передал ей трубку. — Поджигают фитиль, заталкивают его в трубку, а на конце насаживают или коробку спичек, или бутылку с бензином. Пока фитиль тлеет в трубке, поджигатель успевает далеко уйти… Это вроде примитивного бикфордова шнура… Н-да. Откуда взял он эту трубу? — спросил Коньков скорее себя, а не Арсё.
— Я знай! — отозвался Арсё.
— Ну, ну!
— Его отрезал свое весло.
Там валяется, на складе. Алюминевый весло. Я такое дело спрятал.
Коньков опять головой покачал:
— Арсё, тебе надо в следователи идти.
— А почему нет? — засмеялся тот.
— Одну минутку, — Коньков встал из-за стола и прошел в соседнюю комнату к телефону. Притворив дверь, он набрал номер дежурного по милиции и спросил:
— Капитан Ребров? Послушай, Володь! Завтра утром вызови ко мне в кабинет Боборыкина. Тепленьким доставь его. Да! Пораньше, к девяти часам.
