— В чем дело? — спросил тот, что был покрупнее, лобастый, с залысинами белобрысый малый, смотревший с вызовом на Конькова.
— Вилков и Семынин, если не ошибаюсь? — спросил Коньков.
— Допустим, — ответил лобастый.
Это был Вилков.
— Будем знакомы, — Коньков подал руку. — Я следователь районной милиции.
Вилков и Семынин с явной неохотой протянули руки. Выражение лица у Вилкова было такое, что того и гляди зарычит или заматерится.
Загвоздин в момент оценил обстановку и, глянув на свои большие круглые часы, сделал удивленное лицо и сказал:
— Дак, Леонид Семеныч, мне ведь в библиотеку пора.
Я Фросе передам, она придет. А пока уж вы подежурьте здесь, — и, деликатно рассмеявшись, ушел.
— Садитесь! — пригласил Коньков лесорубов на диван, сам сел за стол. — Что, ребята? Не дают вам окончательного расчета?
— Говорят, ждите, — ответил Семынин, этот был вроде поприветливей.
— Чего ждать? — спросил Коньков, стараясь завязать непринужденный разговор.
— Весенней погоды, — нелюбезно ответил Вилков.
— Во-он что! — протянул Коньков.
— И куда же вы теперь?
— Все туда же, — ответил Вилков, — в леспромхоз.
«Немного же вытянешь из тебя, — подумал Коньков с досадой, — эка набычился! Того и гляди забодает». И перешел на деловой тон:
— Как же вы ухитрились плоты обсушить?
Лесорубы переглянулись, и Вилков, помедлив, произнес:
— Погода подвела.
— А говорят, бригадир виноват?
— Он что, Илья-пророк? Дождями распоряжается? — насмешливо спросил Семынин.
Вилков промолчал.
«Ага, это уже кое о чем говорит, — отметил про себя Коньков, — значит, топить бригадира не собираетесь».
И, делая округлый жест руками, когда желают выразить свое недоумение, Коньков сказал:
— Будто бы он плоты перегрузил… Сроки спуска оттягивал?
— Мы все вместе грузили, — как бы делая снисхождение, процедил Вилков.
— Топляк подымали! — подсказал Коньков.
— Подымали, — согласился Вилков.
— А кран нанимали на стороне?
— Интересно, где ж еще можно взять его, кран-то? — переспросил с усмешечкой Семынин.
— Вас посылали не топляк подымать, а лес рубить, — с упреком сказал Коньков.
— Вот мы и рубили, — промычал Вилков.
— На дне речном, — усмехнулся Коньков.
— Если вы везете, к примеру, машину дров и на обочине увидели брослые дрова, так неужели не остановитесь и не подберете? — спросил, горячась, Семынин.
— Мне, например, другое известно — когда бригадир остановился, чтобы подобрать этот брослый лес, топляк то есть, то не кто иной, а вы сами избили его. Мол, не жадничай.
