И это шокирует меня, потому что все время, которое я провела в этом доме, видела на ее лице полное отсутствие раскаяния.
Она делает это не по своей воле…
— Мы сегодня гостей не ждали, — говорит она. — Поэтому угощаем, чем пришлось…
Взмахнув рукой, она указывает на стол. На нем хватает угощений, хотя и собранных на скорую руку. Мое сердце стучит в ускоренном режиме. Я смотрю на стол, проследив за этим движением.
Я не собиралась искать с ней темы для разговоров. Делать вид, что впервые ее вижу. Но и конфликта искать не собиралась, поэтому отвечаю в тон:
— Все очень вкусно.
Спасибо.
— У нас большая семья, — продолжает она. — Двоюродные, троюродные. Детей полно. Детей мы любим. Мой сын… я… я… у нас в семье пополнение, насколько я поняла…
Она отпивает из кружки. Поправляет свою косынку.
— В семье должен царить мир. Грызня… этого всего за порогом хватает. В доме… только… поддержка должна быть. Крепкая семья. Даже когда характерами кто-то не сходится. Я бы хотела….
Глядя на нее исподлобья, я слышу треск воздуха, или это ломается ее гордость.
— Извиниться… — произносит Людмила Алиева.
Вскинув на меня глаза, она почти осязаемо наполняется достоинством.
— Возможно, я по-другому… видела… счастье для своего сына, но мир в доме важнее. Это очень важно — знать, что у тебя поддержка есть и… крепкий тыл. Родители тоже, знаете ли, нужны и в пятьдесят. Мы все дети, и в пять лет, и в пятьдесят. Я поэтому… прошу… я прошу прощения если… чем-то обидела. Я предлагаю… и, даже возможно, прошу, вот эту страницу перевернуть и забыть.
Начать, так сказать, сначала наше знакомство, Карина…
Я смотрю на нее с полным пониманием того, что все это… все, что она говорит, она говорит только потому, что ее заставили.
Сын заставил ее. Ради меня.
Как?! Он заставил ее не просто извиниться, а сделать это с первой попытки.
Сделать это так, чтобы ее извинения приняли. Так, чтобы они звучали убедительно, даже несмотря на то, что она сама в них не верит! Он заставил ее подбирать каждое сказанное слово, и она подбирает, ломая свою гордость.
Я не знаю, как он это сделал. Какими аргументами водрузил на ее плечи те самые бетонные блоки, но это поражает…
В душе поднимается настоящий вихрь, и подняли его не эти извинения, а чувства к человеку, за которого три недели назад я вышла замуж.
Жгучие. Горячие. Сильные! Настолько, что я с трудом держу их в себе.
— Я надеюсь… что вы… пойдете мне навстречу. Я вас в своем доме приветствую, он для вас всегда открыт. Для вас и дочери вашей.
