Вентиляция находится почти впритык к стене, парнишка изумился, под ноги он не смотрел, решил, что с ним кто-то из подвала беседует. И, в принципе, оказался прав. Галя сидела в подполе. Только вход в него находился не в доме, а во дворе. Вероника, почему вы молчите?
Буркина поежилась и продолжила рассказ.
Далее события напоминали снежный ком, который летит с горы и делается огромным шаром. Умер Валентин. Маргарита после похорон пришла к Веронике, села пить чай и неожиданно выложила перед ней всю свою жизнь, рассказала про мужа, про сына, о котором знала все.
Ника после ее ухода разрыдалась. И вдруг за ее спиной раздался голос:
— Не реви. Еще встретишь нормального мужика. И чего тебя на уродов вечно тянет. Ишь ты, «Призрак дорог»! Я вот все думала, почему у меня вдруг сердце заболело, когда сюда впервые приехала, и сообразила: твой любовник что-то в чай подлил! Выпила я, и сразу плохо мне стало! Он меня убить хотел, да я жива осталась, но инфаркт получила.
Ника сообразила, что мать слышала их разговор с Маргаритой, и запаниковала.
Валентин уже умер, ему старуха не могла навредить, а вот дочери может сделать подлость, достаточно пойти в полицию. Но через пять минут Анфиса Ивановна снова понесла бред, и Вероника выдохнула. Пусть мать болтает, что ей в голову взбредет, никто не поверит безумной бабе.
Сразу после кончины Бракова у Ники зародилась мысль, что смерть ее любимого странная. Валентин себя хорошо чувствовал, никогда не жаловался на боль в груди. Некоторые люди, ощутив дискомфорт в желудке, в спине, боль в руке, идут к гастроэнтерологу, хирургу, слышат от них:
— У вас небольшой гастрит, остеохондроз, — успокаиваются, пьют таблетки и… через некоторое время получают инфаркт.
Но Валентин гениальный диагност, он прекрасно знал, что резь в солнечном сплетении, под лопаткой, в верхних конечностях может являться симптомами надвигающихся кардиологических проблем. И если вспомнить, что Маргарита рассказывала о смерти Льва Валентиновича, то становилось понятно: от сына она тоже решила избавиться.
Бедная Вероника потеряла покой. Она не знала, как ей быть. Боялась, что откроется правда об ее участии в перемещении трупа на шоссе. Не знала, что делать с несчастной, которая заперта в подвале. Ника продолжала бросать ей хлеб и воду. Но это же не может длиться вечно? Перестать кормить тетку? Пусть та тихо скончается от голода и жажды? Но что-то мешало Веронике так поступить, и она ходила с едой в лес.
