Команда соперников, в лице очкарика, приняла мяч и дала мягкий пас чуваку, который вполне заслуженно имел прозвище Чёрная Пятница. Таких мощных скидок и каждую одну рукой я еще не видел. Вообще, было невозможно угадать, куда прилетит мяч в этот раз и, самое главное, как?! Как ему удавалась скидывать мяч под самую-самую сетку почти у столба да так, что всем казалось, что мяч, либо не перелетит через сетку, либо, вообще, улетит за пределы площадки?
Грёбаный феномен, блин!
Вот и в этот раз Чёрная Пятница сделал такую скидку, что мне показалось, что мяч улетит в аут.
Но нет. Пришлось прыгать на него и падать на живот, чтобы в итоге приземлиться раньше мяча, который, как в насмешку, упал совсем рядом.
– Йес! – заголосила команда напротив. – Новенький пойдёт тырить картоху.
– А чего это сразу новенький? – возмутилась вместо меня Гусыня.
– Ну, так это, – выступил парламентёром Лёха, который играл очень даже достойно. – Новенький-голенький. Забыла детство, что ли?
– Ты думаешь, он знает, как выглядит не жаренная картошка и не в сковороде или тарелке? – иронизировала Гусыня.
Подошла ко мне и подала руку, чтобы я уже, наконец, встал с земли.
– Рамиль, ну, ты как-то ответить своей подруге, – слегка растеряно вещал Лёха. – А-то я тоже стал сомневаться в том, знаешь ли ты как выглядит куст картошки.
– Куст? – спросил я, приняв руку Гусыни и встав с земли. – Картоха разве на кустах растёт?
Похоже, меня решили проверить на идиота.
– О-о! – протянули все насмешливо. – Тебе точно нужен гид.
– А я о чём? – фыркнула Гусыня и уж как-то особенно жестко и нервно стала стучать меня по спине ладонью. Вроде, стряхивала пыль, но, казалось, что между делом занималась избиением и ломанием моего позвоночника. – Может, кто-то один сходит? Быстро и зная куст картошка «в глаза».
– Ага, и уедет от нас пацан, так и не узнав, как выглядит картошка на стадии «до сковородки». Сходи с ним.
– Так и знала, что этим всё закончится, – ворчала и вздыхала Гусыня за моей спиной."
"– Давайте, я с Рамилем схожу, – будто сделав большое одолжение всему колхоза, вперед вышла эта… которая бесит меня.
Лена, кажется. Встав в позу так, будто на фотосессию припёрлась, уставилась на меня, видимо, ожидая, что я с благодарностью упаду ей в ноги за то, что она согласилась пойти со мной, хотя её и не просили.
– Я с Гу́сей пойду, – заявил коротко и, надеюсь, в этот раз доходчиво для блондинки.
– Не с Гу́сей, а с Августиной, – будто бы осадила меня Гусыня.
