Кто-то резко схватил меня за футболку на плече и потянул в сторону к вытоптанному месту подачи мяча.
– Ты идиот?! – шикнула на меня Гусыня. – У Лёни ДЦП. Нужно объяснять, что это такое?
– Предупреждать, блин, надо! – теперь пришла моя очередь пучить глаза и шипеть ей в лицо.
– Предупреждать о чём?! О том, что нужно за языком следить и оставаться человеком, даже если незнакомый тебе человек пьяный? Он к тебе, вроде, без агрессии и гнилых подкатов обратился. Или нет? – сверкала она гневным взглядом.
– Твою мать! – оборачиваться не хотелось. И так понятно, что там я увижу лишь осуждение на лицах всех собравшихся.
– Извинись, – смотрела мне прямо в глаза Гусыня.
– За что?! Я ничего не сделал!
– И именно поэтому тебя через минуту закопают под одним из столбов. Извинись, и мы начнём игру.
Стиснул челюсти. Никогда ни за что не извинялся и не хотел, потому что не за что было. Но сейчас впервые почувствовал себя отвратительно и жалко. Осуждение на лицах собравшихся было заслужено.
Прошёлся по лицу ладонью и, резко вдохнув, повернулся ко всей компании.
На лицах парней чётко читалось желание втоптать меня в грязь и коровье дерьмо. Даже на лице миловидной Ксюши читалось это желание.
Подошёл к Лёне, который всё так же открыто улыбался и, походу, просто ждал начала игры.
– Слушай, это… – замялся я, не зная, какие слова подобрать. – Ты, прости, ладно? Просто, я никогда не… ну… не видел…
– Да забей, – отмахнулся Лёня и улыбнулся ещё шире.
– За этот год в универе я привык, что некоторые городские шарахаются от меня или брезгуют. Не все, конечно, но бывает. И тоже, то алконавтом называют, то ещё как… Пока не познакомятся. Нормально всё. Я понимаю.
– Без обид? – протянул я ему руку для пожатия.
– Какие, нафиг, обиды? – пожал он в ответ мою ладонь. – Все свои.
Сгладив внезапно образовавшийся острый угол, вернулся в команду к Гусыне и заметил на ее лице одобрительную улыбку. Народ вокруг тоже расслабился и стал шутить.
– Ну, что, народ? Играем? – спросила Гусыня, готовясь подавать первый мяч.
– Давай, замоторивай! – хлопнул в ладоши Лёха. – Проигравшая по пяти партиям команда тырит картоху для вечернего костра.
Глава 9. Рамиль
– Лови-лови его! – кричала Гусыня, пасуя мне мяч, лежа на земле. – Рамиль!
Отступая назад, в полутьме с трудом разглядел летящий в стратосферу мяч. Прыгнул и ударил по нему ладонью, перекинув на другую сторону площадки.
