Не буду, Роман Николаевич.
– Давай. Аккуратней на дороге.
Кивает. Молча уезжает.
Глава 20
– Жень, куда мы едем?
– Роман Николаевич, сказал, что это сюрприз, не говорить заранее.
Сюрпризы эти… Позвонил, сказал мне и Маше одеться без пафоса, можно вообще по-домашнему, брать с собой ничего не надо, кое-куда съездить.
Выезжаем из поселка, едем в город. Я на переднем сиденьи, Маша сзади в автокресле, которое покупал Рома.
Интрига перестает быть интригой, когда мы сворачиваем в район, где живут мои родители.
Наклоняюсь к Жене и смотрю на навигаторе адрес, по которому мы должны приехать.
Я не могу вот так заявиться.
Часто дышу, не знаю, что делать.
Я и хочу, и не готова сейчас. Все же – нет.
– Жень, развернись. – Оборачиваюсь к нему. – Я не пойду туда.
– Почему? – переспрашивает, но едет дальше.
– Потому что. Я не могу. – Оборачиваюсь на Машу.
– Роман Николаевич предупредил, если будешь отказываться, что они тебя ждут, он говорил с ними. Не знаю точно, с кем.
Достаю телефон.
Варя: “Я не просила”
Рома: “Они ждут тебя, не бойся”
Я выдыхаю, убираю телефон и отворачиваюсь к окну.
Он говорил с ними первым…
Это я должна была позвонить, сделать первый шаг. Но я такая трусиха.
Мы въезжаем в мой двор. Тут новые качели, на песочнице гора из снега. Рядом несколько снеговиков. Две горки для детей.
Сердце замирает, плачет как будто. Так тоскливо на душе. И волнительно.
Машина останавливается у подъезда.
– Варя, – Женя ловит взгляд, прикрывает глаза и кивает. Пора. – Я могу тебя проводить до квартиры.
– Не надо, спасибо.
– Я тебя подожду.
– Я не знаю, надолго ли тут.
Если так получится, что мы помиримся, то могу и навсегда.
— Варвара, ты можешь быть тут, сколько надо, но Роман Николаевич сказал что ты должна вернуться домой сегодня. Это для вашей с дочкой безопасности.
– Вернуться?
Женя кивает.
– Я уеду по делам, как надо будет забрать, позвони или напиши.
– А ты можешь подождать минут пятнадцать?
– О’кей, перезвони мне, – соглашается и обмениваемся телефонами.
Поднимаемся на лифте.
– Куда мы идём, маматька?
– В гости, Маша.
– А куда?
– К бабушке и дедушке.
– А кто это?
Стыдно, что в таком возрасте не знает, кто это.
Двери лифта разъезжаются. Вот наша дверь.
Мне так страшно не было еще никогда. Одно дело, когда просто что-то делаешь и не задумываешься о последствиях. Другое, когда приходится отвечать за свои поступки.
Я набираю побольше воздуха и выдыхаю, успокаивая сумасшедшее сердцебиение и нажимая кнопку звонка. Один. Короткий.
