– Сыно-о-о-о-очек! Елисе-е-ей. Что ж ты в воду полез? Тебе кто разрешал?!
– Следить, мамаша, надо за ребенком. А не коктейльчики халявные хлебать, – вступил в разговор кто-то из толпы.
– Я следила! И коктейльчики у меня все оплачены!
– Да ни хрена ты не следила, дура! Все морды корчила для селфи… Я тебе покорчу! Я тебе покорчу. Чуть сына мне не угробила!
– А сам? Сам ты куда смотрел?! – окрысилась дамочка и, упав на колени возле едва пришедшего в себя пацаненка, заголосила: – Сыно-о-очек.
– Прекратите истерику.
Или вы не понимаете, что ребенок и так напуган?
От голоса Димы повеяло таким холодом, что Катя поежилась. Ухватившись за выступ скалы, поднялась с коленей, но идти не решилась. Легкие горели огнем. Носоглотку драло от соли. Кто-то протянул ей воды. Катя выпила. Стало немного полегче. Но теперь жгло глаза. Пришло осознание того, что могло случиться… А вместе с ним страх. И слезы. Подоспели медики… Катя спрятала лицо в ладонях.
– Эй, как ты? – Видимо, посчитав, что его помощь больше не нужна, Дима подошел к ней.
Положил руки на плечи и легонько растер.
– Не очень.
– Пойдем отсюда, – сказал он. Оглянулся через плечо. Выругался. – Как таким только детей дают? – спросил тихо. Катя пошатнулась. – А ты вообще сможешь идти? – усомнился, возвращаясь к ней взглядом. Совсем не таким, как он смотрел на горе-родителей. Теплым. Как только что заваренный чай.
– Да… Да, конечно. Только одеться надо.
Легко сказать – одеться. А вот сделать это, когда нет сил даже руки поднять… Катя позорно всхлипнула.
– Эй, ты чего? Дай я…
Почти в кромешной темноте Катя почувствовала, как он забирает из рук ее летнее платьице, как прижимает к себе, чтобы она не упала, пока он пытается вдеть в рукава ее непослушные конечности. Ощутила жар, идущий от его большого сильного тела. Такой блаженный жар.
– Может, снимешь купальник? Тут один черт ничего не видно. А то он не скоро высохнет.
Перспектива ходить в мокром не прельщала. Катя послушно кивнула. Плавки сняла сама. Верх – при помощи Димы, который помог ей с застежкой, а там только и оставалось, что вытащить мокрый лоскуток через горловину.
Было тепло, но Катю почему-то знобило.
– Пойдем, я заварю тебе чаю.
Не иначе как чудом они добрались до виллы Тушнова.
– Компания из меня сейчас никакая, – призналась Катя.
– Ничего, – отшутился Дима, – глядишь, не помру со скуки.
– Столько песка нанесли с моря, – покачала головой, глядя на испачканный пол.
– Уверена?
– В чем? – моргнула Катя.
