– А в чем? Ты жалеешь о том, что случилось?"
"Наверное, ему следовало жалеть. Проблема в том, что он не испытывал жалости. Лишь счастье. На которое не имел права. Или…
– Ты должна кое-что знать. Обо мне. Кое-что важное.
– Это как-то связано с тем, что ты не хочешь длительных отношений?
– Скорее, не могу себе их позволить. – Дима сел. – По крайней мере, я так думал до недавнего времени.
– И что же с тех пор изменилось?
– Я встретил тебя. – Дима обернулся. – Ты заставила меня усомниться в том, что я поступаю правильно.
– То есть я сбила тебя с праведного пути? – Катя грустно улыбнулась, комкая в руках простынь.
– Нет! Да… Черт! Это так запутано.
– Тогда тебе, может быть, стоит начать свой рассказ сначала?
Да. Так и надо было сделать. Если бы он не боялся этого разговора. А он трусил. Он понятия не имел, как Катя отреагирует на то, что узнает. И будет ли у них после этого будущее?
– Сначала кое-что мне пообещай…
Тушнов повернулся к Кате. Устроил голову в плавном изгибе ее бедра. Накрыл дрожащей рукой живот.
– Что именно?
«Что не бросишь меня». Детский сад… Он не мог этого сказать! Это было абсолютно не по-мужски.
– Что не убежишь от меня, сверкая пятками.
– Боюсь, если я побегу сейчас, сверкать мне придется кое-чем поинтереснее. Так что ты выбрал довольно удачное время для разговора. Ну, что там? Колись! Ну, не убил же ты кого-то… – широко улыбнулась Катя, а он, напротив, застыл неживой статуей. Катя нервно растерла ладони. А по мере того, как густела повисшая в номере тишина, ее глаза становились все больше и больше.
– Вообще-то за рулем машины, в которой погиб мой нерождённый сын, был другой человек. Моя жена. Но очень долгое время я в том, что случилась авария, винил именно себя. Да. Я и сейчас виню.
– О, господи… – прошептала Катя. – Мне ужасно жаль. И… я не знала, что ты был женат. Хотя, когда мы познакомились, прочла о тебе несколько статей в интернете, – добавила она, посмеиваясь над собой и, наверное, надеясь, что таким образом им удастся как-то разрядить обстановку.
– Не был. Я женат до сих пор. И не уверен, что когда-либо смогу развестись. Хотя, признаться, встретив тебя, я стал ловить себя на мысли, что смог бы.
Сочувствие, написанное на лице Кати, сменилось абсолютным непониманием. Она растерянно отвела от лица темные волосы. Скользнула ладонями по белой простыне, которой прикрылась, когда речь зашла о серьезном.
– Тебе не кажется, что ты должен был мне об этом сказать немного раньше?
– Нет! – отрезал Тушнов.
