Львица с львенком печально смотрят вслед уходящему гостю. Пальцы Васильевны включают монитор, набирают текст. А Владимиру не терпится выйти и покурить.
* * *Катя внимательно слушает, изредка что-то переспрашивает.
Глеб рассказывает обо всем подряд. О том, как ему живется одному, что нового произошло на работе. Говорит, что теперь в его старом кабинете работает трое полицейских. Тесно, зато есть младший сотрудник, на которого можно сбросить часть неприятных обязанностей.
Глеб говорит, а Катя слушает с таким вдохновением, словно круг ее общения пациенты да заварник с чаем.
Пакетик с конфетами пустеет.
Глеб почти приступает к рассказу о Майе и Лилии, но осекается. Лучше об этом промолчать. Лучше, чтобы лишние уши не слышали о его не совсем законных делах.
– Вот в принципе и все.
Глеб заканчивает свой рассказ.
– О чем еще рассказать?
По выражению лица Кати не понять, удовлетворил ли ее любопытство краткий отчет Глеба. Она поправляет прическу, надевает обратно свой забавный чепчик и облокачивается на стол.
– Если ты закончил лить воду… Может, наконец перестанешь разглядывать мое декольте?
Зачем она это говорит? Глеб и не думал смотреть туда. Возможно, это такой способ навязать ему мысль, подтолкнуть к идее, сбить с толку? Способ манипулировать. Или попытка отвлечь. Впрочем, какая разница? Глеб выполнил свою часть сделки.
Все, что он сказал Кате, – чистая правда.
– Ну. Так ты поможешь с девочкой? Я же тебе все рассказал.
Катя двигает указательным пальцем из стороны в сторону. Звучно выдыхает через сомкнутые губы.
– Нет? Мы же договаривались…
– Раз уж ты все рассказал, – не дает ему договорить Катя. Она акцентирует голосом на слове «все».
– Ну да. Без вранья.
– Тогда и я врать не буду. Отвечу тебе тем же.
Она издевается.
Катя меняет тон и с видом бывалого начальника, готового вежливо послать куда подальше, продолжает:
– Должна признать, что под твои… под ваши описания у нас никто не подходит.
– Но…
– Это абсолютно точно. И это тоже чистая правда. Я давно здесь работаю, знаю всех пациентов по именам. И, к сожалению, вынуждена констатировать, что похожей девочки не припомню.
– Тогда почему сразу не сказала?
– Я вам сразу так и ответила. Никакой Лилии у нас не числится и никогда не было.
– Кать, зачем?
На этот раз он искренне раздражен.
– Ладно. Спасибо, – говорит Глеб.
Он встает и идет к выходу.
