Глеб сжимает-разжимает ладонь, просит отдать.
– Что?
– Сам знаешь. Пистолет. Самоделку… Отдай. Пусть будет у меня.
Владимир молча спускается.
Он не собирается отдавать. И он не собирается никого убивать. Пистолет ему нужен просто как гипотетический второй вариант. Запасной выход. Чтобы не чувствовать себя в тупике. Чтобы иметь «возможность», плохую, но возможность. Пусть даже он не собирается ею воспользоваться.
Друзья молча прощаются возле подъезда. Им еще есть о чем поговорить, но больше не осталось подходящих слов, чтобы продолжить разговор.
Важно вовремя прекратить спор.
Они жмут друг другу руку и расходятся в разные стороны.
– Если что-то выяснишь, сразу звони.
– Хорошо, – отвечает Владимир, не сбавляя шаг.
Глеб останавливается, оборачивается, смотрит на балкон, на котором он вчера разговаривал с Майей.
Странная ситуация. Все в ней не по правилам. Все не по инструкции.
Полицейский должен следовать букве закона и следить, чтобы окружающие поступали так же.
А он вместе с Владимиром вопреки логике ввязались в сомнительное расследование. Полицейский не должен отступать от правил. Не должен позволять эмоциям брать над собой верх. Еще он не должен идти на поводу у друга.
Может, вернуться? Пока Владимир ушел, вернуться в квартиру, забрать девочек и сдать их куда положено. Но без ключа от верхнего замка план провальный."
"В окне возникает силуэт Майи. Малышка придерживает занавеску и гладит стекло своими крохотными пальчиками.
Девочка смотрит на Глеба. Она прижимает к щеке голову Котофеича и буквально сверлит взглядом полицейского. Глеб хочет помахать ей в ответ, но одергивает руку. Пусть лучше Майя решит, что ее не заметили.
Глеб, не поворачивая головы, наблюдает за окном. Его мучает вопрос «почему?». Он же не любит детей. Он ввязался в это, только чтобы помочь Владимиру. Почему теперь его беспокоит, что станет с Майей? Незнакомый, чужой ребенок.
Почему девочка, которая еще вчера не вызывала ничего, кроме раздражения, заставляет переживать о ее судьбе?
Рядом с Майей появляется хмурое лицо Лилии. Она что-то говорит сестре, выглядывает, выясняет, куда смотрела младшая, и девочки исчезают за занавеской.
– Нужно во всем разобраться. И поскорее, – говорит сам себе Глеб, прячет руки в карманы и идет к автобусной остановке мимо мертвой клумбы.
