Да? А у меня нихуя не горит… Только бросает в жар почему-то, а потом немеют губы и кончики пальцев. И вообще странно…
Зависнув, прислушиваюсь к ощущениям. Горячо. Мне горячо! Только не могу уловить четкую локацию откуда ощущение.
Одна из пиявок неожиданно отваливается, и скатившись по спине, падает прямо под бок.
Жирная, скользкая, нажравшаяся и огромная уже!.. Извивается и тыкается мордой мне в бок.
— Фак! — рефлекторно дергаюсь я, по вставая на локтях и дёргая бедрами в сторону. — Тати!!
Понимаю, что стою на четырех опорах — локти и колени.
Колени! Они блядь, сработали!
Но мгновенно падаю. Прямо на пиявку.
— А-а-ар… Та-а-а-ати-и-и! Прибью тебя!
— Ха. Сначала догони…
Глава 11 — Просто
Кровососы сняты и стоят в банке на столе. Я весь в бинтах и лейкопластыре.
Затылок ныть перестал… В последнее время там всегда то горит, то болит…
— Я приготовила ужин, — холодно заявляет Кира, стоя в дверях.
Её губы обиженно подрагивают.
И я в неловкой ситуации.
С одной стороны, Тати сейчас заботилась обо мне со своими пиявками, и было бы вежливо и логично пригласить ее на ужин с нами.
С другой стороны, Кира ревнует и психует, чувствует себя оскорбленный, и это неправильно подливать масло в этот огонь.
И что, блядь?! Зависаю, принимая решение.
Ловлю взгляд Тати.
— Не приглашай, не останусь, — подмигивает мне.
Я вижу, что словила обстановку, и просто пытается облегчить мне сейчас жизнь.
— Тати… Спасибо, родная. Подружки — супер.
Сжимает с улыбкой мое предплечье.
Смывается как обычно молча, не прощаясь.
Мы ужинаем — салат, рис, яйцо. Лёгкий ужин. А я голоден как никогда. Слона бы съел.
— А хлеб?
— Хлеба нет. Он закончился. Как заказать здесь, я не знаю.
— Никак…
Гонять девчонку в магазин за хлебом мне как-то… Не могу привыкнуть к идее своей неполноценности. Да и до магазина километр по сумеркам пилить. Заблудится еще. Обойдусь.
Но, вздыхая, мечтаю о беляшах…
Кира нервничает, руки трясутся.
Переписываясь с Зольниковым Иваном, замечаю это.
— С кем ты переписываешься, Дим?
— С корешом. Хочет меня навестить. Узнал о… несчастном случае.
— Понятно.
Не верит.
— Вина хочешь?
— Ее вина?! — срывается голос.
— Ты имеешь в виду Тати? Да, ее вина. А что-то не так с ее вином? Это хорошее вино.
— Нет! Не хочу. Я хочу другого вина! Моего любимого.
— Другого нет, Кира. Есть вискарь, если хочешь.
— Я не пью крепкое. Ты забыл??
Напряжение и интонации накаляются.
