— Вопрос только — как забрать потом тебя.
— Ты обо мне не думай. Я девочка большая, я все вывезу.
— Больших девочек не бывает, — мягкий поцелуй в губы, потом в нос, потом в бровь.
— Сейчас рыдать буду, — шмыгаю носом.
— Рыдать будет Эльдар. А ты со мной побудь эти часы, ладно? Достала суета…
Мягко целуемся. Наши пальцы сплетаются.
И словно температура в этом прохладном подвале подскакивает. Дыхание сбивается…
Кладу голову ему на плечо.
Становится хорошо и спокойно.
Он щелкает пультом от телека, останавливаясь на канале про животных.
А я иду к холодильнику и, словно не происходит конца света, рассматриваю сроки годности на продуктах, чтобы собрать нам тарелку какой-нибудь еды.
Оливки, копчёные нити сыра, яблоко.
Сидя по-турецки, я кормлю его с рук, а он греет мои пальцы на ногах, сжимая их. Мы облизываем губы друг друга и обсуждаем разные видео.
— ""Медуза ируканджи очень ядовита. Токсин, производимый ируканджи, заставляет нас остро осознавать собственную смертность. Токсин поднимает тревожность и создаёт предчувствие надвигающейся смерти.
Это ощущение настолько сильно, что некоторые пострадавшие, не в силах выносить его, могут покончить с собой. Помимо острой тревоги, укус вызывает рвоту, тошноту, сильное потоотделение, тахикардию и острые боли…""
— Кла-а-ассная… — с восторгом киваю ему на экран, облизывая оливку.
Димка тихо смеётся.
— Ты у меня ""классная"".
— Эх, жаль, я не умею такой токсин выделять.
— Да, было бы круто. Плевалась бы как Тико в гадких крокодилов.
И нет проблем.
— Аха-ха… — тихо угораем мы, шикая друг на друга.
Соприкоснувшись носами, чмокаемся, улыбаясь.
Нечаянно надавив на пульт переключаем канал.
— ""Рицин — один из самых смертоносных — и самых простых в изготовлении — супер ядов в мире…""
— Ну-ка… ну-ка… — с любопытством разворачиваюсь я к экрану. — Мне надо!
— ""Когда отходы клещевины очищают, они превращаются в рицин, яд настолько смертоносный, что крупинка, которая может уместиться на булавочной головке, может убить.
И противоядия нет.""
— Хм…
— Успокойся, — разворачивает мое лицо к себе. — Просто успокойся. Большие мальчики все сами порешают, ладно? Ты уже сделала больше, чем могла.
Вытягиваю руку, показывая ему как дрожат пальцы. Нервно усмехаюсь.
— Это адреналин… Тебя просто надо как следует вы… вылюбить, — оскаливается, горячо, подмигивая мне. — Жоденько…
— Ты такой чуткий, Литвин!
И мы снова тихо и нервно угораем в губы друг друга.
