Я ждал, что ты перестанешь вести себя как ребенок, и я больше не дам тебе поблажки, даже если ты в первый раз выкинула такой фортель.
Я не в первый раз выкидывала такой фортель. Он не видел меня тогда, когда от меня ушел Пол. Мне было точно так же плохо, но на этот раз я переживала еще сильнеее.
Я так же, как он, ткнула пальцем ему в лоб и произнесла только одно:
– Нет.
Иван моргнул, опустив ресницы на свои ярко-голубые глаза, и проговорил скрипучим голосом:
– Джесмин, ты сейчас оторвешь свою задницу от пола, выйдешь из дома и поедешь ко мне.
Либо ты сделаешь это сама, либо за тебя это сделаю я. Выбор за тобой.
– Я не уеду из дома.
Он покачал головой:
– Ты уедешь из дома.
– Я не уеду из дома.
– Нет, уедешь. Выбирай. Либо ты выйдешь сама, либо я вынесу тебя.
Я опять ткнула его пальцем в лоб. Дважды.
– Нет.
У него затрепетали ноздри.
– Я считаю до пяти, а ты должна за это время принять решение, либо я сделаю выбор за тебя, и ты знаешь, каким он будет.
– Иван, я не хочу ехать с тобой.
– Мне плевать.
Ты могла бы уехать с кем-нибудь из своих родственников, но ты не сделала этого, поэтому теперь ты поедешь со мной.
Я мгновенно пришла в бешенство и прошипела:
– Нет, нет, черт возьми!
Видимо, разозлилась не я одна, потому что он прошипел в ответ:
– Да, черт возьми!
– Я не хочу ехать с тобой, неужели тебе трудно это понять? Я не хочу, чтобы сейчас или в ближайшее время рядом со мной кто-то находился, – зло огрызнулась я, как полная кретинка, отчего у меня все сжалось внутри.
Ресницы еще ниже опустились на его глаза, оставив только узкие щелки.
– Почему? Ты вычеркнула меня из своей жизни?
Я запрокинула голову назад.
– Вычеркнула из жизни? Что, твою мать, ты имеешь в виду?"
"Его заостренная челюсть напряглась. – Ты вычеркнула меня из жизни? Ты злишься на меня и больше не хочешь быть моей партнершей?
Что за чушь он нес? Я в изумлении открыла рот, глядя на него. Моргнула. Потом опять открыла рот, потому что я, черт возьми, не могла разобраться, к чему он клонит.
– Я не понимаю, что ты хочешь сказать, Иван.
С трепещущими ноздрями и едва приоткрыв глаза, он спросил:
– Ты больше не хочешь быть моей партнершей?
– Из-за чего бы мне больше не хотеть быть твоей партнершей? – сердито спросила я его.
– Из-за того, что случилось! – выкрикнул он.
– Из-за чего бы мне больше не хотеть быть твоей партнершей? Из-за того, что я чувствую себя кретинкой? Почему ты винишь себя, идиот?
Я не заметила, когда его лицо стало заливаться румянцем.
