Боже, я вела себя как дура.
Почему я просто не поговорила с ним?
К счастью, в этот самый момент в раздевалке оказалась всего одна девушка, мы с ней посмотрели друг на друга, и все. Открыв шкафчик, я взяла сумку и вытащила оттуда свою рабочую одежду, дезодорант, макияж и влажные детские салфетки. Но на экране моего мобильника мигал зеленый огонек, что заставило меня притормозить. Схватив телефон и открыв его, я увидела, что меня ждут две эмэмэски.
Одна была от папы.
На прошлой неделе послал тебе сообщение. Я приезжаю в сентябре.
Надеюсь увидеть тебя.
Мое тело снова пронизало странное ощущение, которое я испытала в комнате отдыха, но я отмахнулась от него. Я напечатала ОК и сразу же отправила сообщение, чувствуя себя немного виноватой за то, что больше ничего не добавила. Но потом я прокрутила экран и увидела, что в последний раз отправляла ему сообщение четыре месяца назад, и внезапно почувствовала себя очень плохо.
Посмотрев следующее сообщение, я поняла, что оно от мамы.
Желаю удачного интервью.
Не суетись, не строй рожи и не закатывай глаза, если тебя будут снимать на камеру. А также не ругайся.
Это вызвало у меня легкую улыбку, которая пришла на смену боли, и я напечатала ответ: Опаздываю…
Не прошло и тридцати секунд, когда я, выуживая из сумки носки и рабочие туфли, услышала, как вибрирует мой телефон, на который пришло очередное сообщение от мамы.
Мама: Я не узнаю тебя.
Глава восьмая
– Не то чтобы мне это было интересно, но ты злишься на меня?
Я только что сделала круг по льду, чтобы разогреться после часовой растяжки, когда Иван, подъехав ко мне со спины, задал свой дебильный вопрос.
Я даже не удосужилась взглянуть на него, ответив:
– Нет.
– Нет, не злишься? – переспросил он.
Краем глаза я видела очертания белого пуловера на молнии, который был на нем, и темно-синие спортивные брюки, заткнутые в черные ботинки. Почему он всегда одевался так, будто ему было на всех насрать? Фу. Я была в своем обычном наряде, состоявшем из выцветших легинсов и линялой майки с длинными рукавами и парой дырок.
Благодаря тому, что я была невысокого роста, я носила вещи по десять лет, потому что не вырастала из них.
– Нет, – повторила я себе под нос.
Он секунду молчал, подъехав ближе ко мне, когда я собиралась сделать еще один круг, набрав скорость, а не так лениво, как в первый раз.
– Что еще?
Какого черта он преследовал меня? Накануне он не видел моего лица, и я не думала, что веду себя так, будто чем-то расстроена.
