Молодая супруга Ольга на протяжении всей совместной жизни пилила его за то, что он зарабатывает недостаточно денег, выбрал себе непрестижную собачью профессию опера, не уделяет своей жене достаточно внимания и вообще проехался танком по ее молодой жизни. Однако, как только супруг-неудачник попытался положить конец ее страданиям, разведясь с ней, Ольга пошла на беспрецедентные, как говорил Макар, меры по возвращению строптивого супруга в семейное стойло. Иногда, оглядываясь назад, Сергей сам изумлялся, как он мог вытерпеть столько лет в браке с нелюбимой женщиной, и на что оказалась способна его бывшая жена в попытке защитить свои интересы.
Но за одно Бабкин был искренне благодарен супруге: она так упорно кормила его дешевыми полуфабрикатами, что в конце концов чуть не заработавший язву Сергей освоил самую примитивную кулинарию. Он не любил ресторанов и кафе, в отличие от Илюшина, предпочитавшего не тратить время у плиты, и готовка доставляла ему удовольствие.
Было для Бабкина нечто шаманское в разделке мяса, натирании его вкусно пахнущими травками из пакетиков со специями, которые он называл не иначе как «опилки», раскладывании кусков по противню, обливании их вытопившимся золотистым жиром…
– А-а, еда! – обрадовался Макар при виде друга с пакетом. – У меня пицца закончилась.
– И слава богу! Что там у тебя?
В руке Илюшин сжимал маленькую книжку в мятой обложке.
– «Встреча с мечтой»? – хмыкнул Сергей.
– Ну-ну…
– Не нунукай. Пока мы с тобой находимся в творческом простое, я вполне могу уделить время знакомству с интересами Вики Стрежиной. Каморкин говорит, племянница эту книжку ему очень советовала. Кстати, неплохо написано. Даже увлекательно.
– Женский роман не может быть увлекательным! – крикнул Сергей уже из кухни. – Я как-то читал один. Очень смеялся. Все мужики там были подонками, но один оказался замаскировавшимся порядочным. Я, правда, так и не въехал, на фига он маскировался.
Наверное, чтобы героине угодить. Женщины любят мерзавцев.
– Об этом ты тоже в женском романе прочитал, знаток женщин? – съязвил Макар, заходя на кухню.
Бабкин, загораживая собой весь стол, обваливал мясные куски в какой-то зеленой сыпучей смеси.
– Что за стружки? Чем ты собираешься меня кормить?
– Нас, а не тебя. И не стружки, а опилки.
– А здесь что? – Макар сунул нос в плошку, из которой пахло соевым соусом.
