Его офицер по досрочному освобождению приехал в девять утра, чтобы привезти ему бланки ходатайства о переселении и, разумеется, чертову регистрацию сексуальных преступников, поскольку он должен регистрироваться теперь в любом городе, в котором когда-либо будет жить. Эта информация всегда будет достоянием общественности, но сколько людей обычно проверяют этот список? Несмотря на то, что Лу ненавидел покидать Лесли, в глубине души он был очень взволнован из-за того, что отправится туда, где люди его еще не заклеймили.
Здесь же он даже не мог заправить автомобиль, чтобы на него не набросились власти и не швырнули на капот собственной машины. Но самым главным было то, что он больше никогда не хотел видеть Мосса МакГрегора Шестого снова.
— Во сколько ты отправляешься в путь? — поинтересовался его офицер по досрочному освобождению, спрятав документы в свой кожаный портфель.
— Ну, это всего в полутора часах езды. Наверное, скоро буду выдвигаться. Это даст мне время осмотреться, может быть, найти несколько строительных площадок и подать заявку о найме на работу.
— Я поговорю с заместителем Поттса сегодня днем.
— Кто это?
— Главный заместитель Хендерсона.
Лу встал так быстро, что опрокинул свой небольшой стул. Хмуро уставившись сверху-вниз на полицейского, он наблюдал, как тот отодвигает стул и тоже поднимается, оставив между ними небольшое расстояние.
— Зачем с ним разговаривать? О чем?
Когда офицер по досрочному встал, их глаза оказались на одном уровне. Он не был маленьким мужчиной, но однозначно проигрывал в размерах Лу и Ллевелин мог видеть, что офицер пытается держать ситуацию под контролем, не приближаясь к нему.
Но хмурые линии на его лбу и пульсирующая на виске жилка ясно говорили о том, что он был зол.
— Я собираюсь передать ему твои документы с регистрацией сексуального преступника. Ты будешь находиться в его округе, я обязан поставить его в известность.
— Я еду туда, чтобы начать все заново. Как, черт возьми, я должен это сделать, если копы будут уже начеку? — Лу запустил руку в волосы, и подняв свой стул, вновь на него рухнул.
— Черт!
— Держи.
Лу вскинулглаза и увидел, как ему протягивают пластиковый стаканчик.
— Помочись сюда, чтобы я мог идти. И потом закончишь свою истерику, — взгляд, которым его одарил офицер, ясно говорил о том, что он видел и слышал все это уже миллион раз.
Лу ушел сразу же после офицера по досрочному. Он не хотел задерживаться на случай, если его брат заскочит на обеденный перерыв.
