Сообщил дежурному по городу, тот прислал наряд…
— Ну ладно, не будем предвосхищать события, что по делу?
— Немного.
— Докладывай.
Кафтанов взял карандаш. Слушая, он всегда чертил в блокноте понятные только ему одному кружки, треугольники, квадраты, переплетая их, соединяя линиями и пунктирами.
— Нами задержан Силин Петр Семенович. Он признался в краже ковки и изразцовой плитки. Похищенные им вещи обнаружены на даче композитора Лесоковского и изъяты.
Вадим вынул из папки протоколы допросов Силина и Лесоковского, акт изъятия, протянул Кафтанову.
Генерал взял бумаги, быстро пробежал глазами, начал что-то выписывать. Вадим ждал, когда Кафтанов закончит, думая о том, что сегодня предстоит сделать его группе. Пока поиски пробуксовывали. Не было ничего определенного. Какие-то отрывочные сведения, не совсем точные предположения не позволяли выстроить четкие версии, пригодные к отработке."
"Кафтанов поднял телефонную трубку, набрал четырехзначный номер.
— Сергей Иванович, — сказал, — Кафтанов докладывает. Да.
Да. По делу ограбления музея. Да. Пока нет. Часть ценностей найдена, преступник задержан. Конечно, Сергей Иванович. Прилагаем все силы. Желаю здравствовать. — Кафтанов положил трубку, взял из пачки новую сигарету, закурил. Некоторое время он молчал, глядя на Вадима. — Ты думаешь, легко быть генералом? — спросил он.
— А что мне думать, я генералом не стану.
— А это как пойдет. Я тоже думал, что умру полковником. Докладывал наверх о делах наших скорбных, пока начальство довольно, но торопит. Какие соображения, версии, наметки?
— Я начну по порядку, — ответил Вадим, — поэтому разговор у нас долгим будет.
— Ничего. — Кафтанов вновь взял карандаш.
— Силин, — начал Вадим, — арестован, но, как известно, он там был вторым. Плитка и ковка найдены. Остались камин и медальоны. Отработка следов машины ничего не дала. Калугин встретился кое с кем из коллекционеров, поговорил — пока пусто. Мы проанализировали несколько подобных эпизодов. Думаю, что на даче академика Муравьева и здесь поработали одни и те же люди.
— Но кража у Муравьева раскрыта, преступник наказан, что-то ты, Вадим, не туда гребешь.
— Туда, именно туда. В краже у Муравьева полностью сознался Валентин Суханов. Инженер, гонщик, заслуженный мастер спорта, член нашей сборной команды…
— Ну и что, — перебил Кафтанов, — тебе его титулы мешают?
— Нет, не титулы. Я посмотрел его дело. Слишком легко Суханов все взял на себя.
— Подожди, что значит «взял», у него нашли похищенные вещи.
— Не все.
