Кабинет у Малюкова был маленький. Вообще, и Вадим это знал точно, почему-то именно правоохранительные службы ютятся в помещениях, не приспособленных для работы. Инспектора и следователи сидят в кабинетах вчетвером, а иногда случалось так, что всем одновременно приходилось допрашивать свидетелей. Но Малюков в прокуратуре — большой чин, был старшим следователем по особо важным делам, и ему поэтому выделили отдельные апартаменты. На этот раз Малюков надел штатский костюм. Орлов сравнительно давно не видел его и сразу же обратил внимание, что Олег пополнел.
— Олег, — Вадим хитро прищурился, — тебе самое время к нам переходить, скоро ты в этот кабинет не влезешь. Сидячая работа не для тебя.
— При чем тут работа, — жалобно ответил Малюков, — курить бросил, так аппетит такой разыгрался, что дальше некуда. Жру и жру.
— А ты не жри, — вспомнив сегодняшний обед, мстительно посоветовал Вадим, — или к нам в столовую перед закрытием приезжай.
— Может, курить начать, а, Орлов?
— Вопрос чисто риторический, и я на него не отвечаю.
Ваш хозяин у себя?
— Да, я говорил, он нас примет. Ну что, вроде дело идет к концу?
Вадим постучал костяшками пальцев по столу.
— Плюнь через левое плечо.
— Три раза?
— Именно.
— Вы, сыщики, как бабы суеверные.
— Работа заставляет.
— Ты лучше скажи мне, подполковник Орлов, ты все бумаги взял?
— Все. — Вадим положил на стол папку.
— На что тебе этот Суханов сдался? Брат он твой, сын?"
"— Ты, Олег, действительно дурак или прикидываешься?
Малюков посмотрел на побледневшее лицо Вадима и сказал быстро:
— Пошутил я, понял, пошутил.
Пошли.
Малюков встал. Вадим взглянул на него и расхохотался.
— Ты действительно здорово расползся. Смотри, живот из-под ремня вываливается.
— Лучше иметь большой живот, чем маленький горб, — отпарировал Олег.
— Это ты прав, конечно, но все же жрать прекрати. А то не сможешь носить красивый мундир — гордость работников прокуратуры.
Они прошли по коридорам, поднялись по широкой старинной лестнице и оказались перед дверью с черной, с золотом табличкой.
— Ну, — Малюков на секунду остановился, — пошли благословясь.
Секретарша не задержала их, и они вошли в кабинет. Прокурор Москвы, плотный человек с генеральскими звездами в петлицах кителя, махнул рукой, предлагая садиться.
— Ну-с, — насмешливо посмотрел он на Вадима, — с чем пожаловали?
— За правдой.
— Ишь ты, как красиво, я бы сказал, торжественно. Малюков мне докладывал, но слово к делу не пришьешь.
Вадим положил на стол папку.
