— Я хочу зайти, — нарочито громко говорю я, подбадривая себя. — Нужно кое-что тебе сказать и пока этого не сделаю, уходить никуда не собираюсь.
Поиграв челюстью, он тяжело вздыхает и отступает назад. Мысленно я ликую. Вот так нужно действовать. Когда ты уверен в себе, все двери открываются.
— Ты, что, знал, что я приеду? — стараясь действовать неторопливо, я одну за другой снимаю туфли.
— Я вызвал тебе такси из приложения, — в тоне Арсения слышатся знакомые саркастично-раздраженные ноты, от которых мне неожиданно хочется заулыбаться.
— Там виден весь маршрут. Странно, что ты доехала только до своей квартиры. В рамках отмщения могла бы дать кругов пять по Садовому.
— В следующий раз обязательно буду иметь в виду, — язвлю я, за что моментально получаю взгляд «Ты это серьезно»?
Хочется показать ему язык, но тогда Арсений решит, что я напилась.
— Куда можно пройти? — деловито осведомляюсь я, расправляя плечи. — В гостиную или на кухню?
Арсений указывает глазами влево и идет туда первым.
Трус. Наверняка, решил не приглашать меня в гостиную, потому что там стоит диван, на котором мы занимались сексом. Боится, что нахлынут воспоминания?
На кухне горит лишь светильник над «островком». Свет мягкий, почти интимный. Арсений подходит к гарнитуру и берет стоящую там бутылку с пивом. Она наполовину пуста.
— Ты же не пьешь алкоголь, — замечаю я, глядя как он подносит узкое горлышко ко рту.
— Это пиво. Говори.
Скрестив ноги, он прислоняется к столешнице и смотрит на меня. Я судорожно вспоминаю обо всем, о чем хотела сказать ему по дороге сюда. Там от злости фразы выстреливали сами, а сейчас… Нет, я знаю, что нужно говорить, просто он так пристально меня разглядывает. Надо решить с чего начать.
— Во-первых, меня обидело, как ты себя со мной повел. Луиза попросила подбросить меня и Глеба с Юлей до дома, и ты вроде как не отказался. В итоге посадил их, а меня оставил на улице, как какую-то нищенку.
— Нищенку? — Арсений насмешливо поднимает брови. —Я вызвал тебе Мерседес, в который ты села раньше, чем я вернулся за руль. К чему утрировать?
— Модель не имеет значения, — пылко возражаю я, вновь начиная злиться за то, что он считает случившееся нормой. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Ты выставил меня перед другими людьми попрошайкой, которая недостаточно хороша, чтобы сидеть с тобой в одной машине.
