К счастью, Радмила отлично справилась: уложенные плойками локоны красиво рассыпаны по плечам, а макияж полностью гармонирует с моим внутренним состоянием. Вот уже две недели оно… сдержанное.
Разговор с сестрой дал мне освобождение, и вместе с ним я обрела подобие спокойствия. То, что я в себе ощущаю, едва ли можно назвать легкостью, но и душевного надрыва больше нет. Это позволило мне сосредоточиться на текущих делах: например, записаться в студию живописи вместе с Катей, сдать анализы, ходить к стоматологу и самое главное — выбрать квартиру.
Я думала, что ее поиски растянутся на несколько месяцев, но вышло иначе. Когда на очередной встрече с риэлтором я переступила порог просторной светлой двушки, то сразу поняла: это мое. Большие окна с видом на кофейню, в которые с наступлением весны прольется много солнечного света, просторный зал, по модному объединенный с кухней, и кремово-бежевые стены, излучающие уют, — во всем этом я смогла представить свою будущую жизнь.
— А Арс в курсе, что ты выбрала себе квартиру? — осторожно уточняет Радмила.
Она знает обо всем, что случилось со мной за последние месяцы.
—Нет, наверное. Если только Петр ему сказал.
Две недели я не ездила в Одинцово. Не хотела и не могла. Я едва обрела почву под ногами и стало страшно ее потерять при встрече с ним. Хотелось себя беречь. А еще хотелось дать себе и Луизе время, чтобы пережить наши откровения. Мой второй страх — столкнуться с ее отстраненной вежливостью и обнаружить, что наш разговор так и не смог ничего починить.
Но сегодня моему комфортному незнанию суждено быть прерванным и этого не изменить. День рождения сестры я не стала бы пропускать ни по какой причине. И Арсений его конечно тоже не пропустит.
— Зажги там с кем-нибудь, чтобы этого мудака пополам скрючило, — с жаром советует Радмила. — Пусть знает, что тебе и без него по кайфу.
Я не пытаюсь ей возражать. Однажды я пробовала это сделать, и «скрючило» тогда лишь меня. Разыгрывать никому не нужный спектакль ценой душевных сил, которых у меня и так немного, — на такое я вряд ли снова решусь.
— Постараюсь хорошо провести время, — обещаю я, обматывая платок вокруг шеи. — Спасибо большое за помощь.
— Обращайся, — самодовольно хмыкает Радмила и тут же по-детски выпячивает губы: — Может, все таки накрасим глаза поярче?
Это один из немногих моментов за последние пару месяцев, когда я смеюсь, не прилагая усилий. Хороший знак. Несмотря ни на что, жизнь продолжается.
