Возможно, потому что теперь я знаю о нем больше, или потому что он старается быть другим. Тупая боль разливается в груди, но она уже не так страшна. Смирение имеет обезболивающий эффект.
— Я сяду рядом с тобой, если ты не против, — шутливый голос Миши не дает мне слишком погрузиться в самоанализ. — Вера успела выпить два коктейля и настойчиво пытается сделать из меня своего главного собутыльника.
Я тихо смеюсь. Не по-настоящему, а скорее потому, что Миша мне нравится.
— Конечно. Садись.
Луиза — настоящая звезда вечера, как впрочем, и всегда. Если бы две недели назад она не плакала у меня на глазах, я бы подумала, что ее жизнь — череда сладкой ваты, по которой она беззаботно плывет.
— Арс, давай ты! — покачивая бокал в руке, она обличительно тычет в него пальцем. — Хочу, чтобы мой обожаемый бычара сказал мне тост.
Над столом проносится всеобщий смех. Не только меня приводит в восторг та легкость, с которой Луиза общается со своим грозным старшим братом.
Я затаиваю дыхание, глядя, как Арсений поднимается. Моя сдержанность терпит удар. То, что он возвышается над столом, дает мне повод пожирать его глазами и в тысячный раз осознавать то, что и без того давно знаю: Арсению очень идет черный цвет, и он невероятно красивый.
Его рука, держащая стакан с соком, поднимается вверх, натягивая свитер на плече. Я слежу за ним так жадно, что даже чувствую его запах. Иланг-иланг, хвоя и чистая кожа.
— Ты, главное, будь счастлива, а со остальным как-нибудь разберемся.
Такая короткая и, на первый взгляд, банальная фраза, но это ведь Арсений. Он ничего не говорит просто так. Он только что пообещал своей сестре сделать все, чтобы ее путь к счастью был безоблачным.
Луиза тоже это понимает. Ее улыбка перестает быть широкой и публичной — сейчас она только между ним и ей.
— Спасибо тебе, — сияние в ее глазах граничит со слезами, и она быстро прячет его за бокалом.
Я пью вино, чтобы заглушить восстание чувств, затем оставляю фужер и поворачиваюсь к Мише.
Мне не нужно проверять, куда он смотрит. Конечно же, на нее.
— Ты не пробовал пригласить ее на свидание? — спрашиваю я, удивляясь, насколько уверенно звучит голос. Вино явно придало мне смелости.
Миша резко поворачивает голову, в глазах мелькает смятение.
— Луизу?
— А кого еще?
Он не выглядит смущенным моим вопросом, скорее, недоумевает, почему я решила влезть не в свое дело. Но сейчас меня не остановить.
