Если бы не было – со мной он был бы другим. Был бы жестоким похитителем, насильником и чудовищем. А Марк был львом. По-своему благородным, нежным и даже заботливым. Но все-таки оставался хищником, значит, способным на все, чтобы загнать добычу. В моем случае все сделает, чтобы его месть свершилась. Он жил во имя возмездия. Я жила ради него и нашего ребенка. Ради нас я обязана пробить эту стену отчужденности, разделить воспоминания и боль любимого мужчины!
– Марк, где ты был эти пять лет?
Рука, нежно мявшая мою грудь, задеревенела, а лицо стало маской, холодной и бесстрастной.
– Мелена, – меня обдало ледяным ветром от одного взгляда и голоса, – не интересуйся вопросами, если не готова к ответам.
Он отдернул ладонь и широким шагом покинул балкон. Я знала, что за этим последует – Марк уйдет. Оставит меня одну, а когда оттает, вернется. Все это повторялось уже десяток раз.
– Я готова! – бросилась за ним, обнимая широкую спину. – Пожалуйста, доверься мне! Позволь быть рядом. Позволь любить тебя. Пожалуйста, позволь!
– Любить? – с горькой насмешкой уточнил.
Затем резко повернулся, обхватил мои плечи, сжимая. – Ты даже не знаешь меня. Кого ты любишь? – жестко спросил, пронзая взглядом. – Кого? Марка, которым я был? Но его больше нет. Нет его!
– Я тебя люблю, – прошептала, поцеловав руку, сжимавшую плечо. – Тебя.
– Меня, значит, – как-то зло улыбнулся он. – А ты знаешь, что делали руки, которые ты целуешь? Которым позволяешь дотрагиваться до своего тела, ангелочек? Знаешь? – жестко встряхнул, требуя ответа.
– Марк…"
"– Знаешь, где я был? – прижал меня к себе, шепнув прямо в ухо, битым стеклом в душу проникая. – В тюрьме. В самой, блядь, хуевой тюрьме. Твой папочка постарался, мышка. А знаешь, что мне приходилось делать, чтобы выжить? Чтобы выйти?
– Марк, пожалуйста, – я потянулась к нему, обнять хотела.
– Нет, слушай теперь. Ты же хотела знать, – выплюнул, продолжая жестокую исповедь. – Я убивал людей, – Марк резко отпустил меня, – вот этими руками, – вскинул сильные ладони с четким рисунком вен.
– Знаешь, как сложно на самом деле задушить человека? – он погладил мою шею, криво усмехнувшись, когда меня дрожь прошила. – А как кишки с влажным звуком вываливаются из вспоротого брюха? Теплые, скользкие.
Я помотала головой испуганно.
– А я знаю, Мелена. Я делал все, чтобы выжить и выбраться, а теперь сделаю все, чтобы отомстить моим врагам. Твоей семье, мышка.
– Я люблю тебя, Марк, – шепнула, не замечая горьких слез, капавших на грудь.
