– В некоторой степени так и есть. Мы не будем отдавать приказы на разработку операций по ликвидации резидентов. А просто продолжим проводить расследования. Нам политического скандала не нужно. Это не я сказал, – Рощин поднял палец вверх и добавил: – Сам.
– Я понял. Дело спасения утопающего в руках самого утопающего. Мне нужна информация.
Рощин поднял с пола портфель и открыл его. Через минуту передо мной лежал листок с краткими биографиями трех человек.
– Это вся информация о британских агентах. Одного, как ты знаешь, выслали, он там указан первым.
Один работает в торговле, у нас с официальным визитом. Улетает обратно через месяц. Работает на разведку. К сожалению, информация по нему есть, но доказательств. Это он курировал и направил на ликвидацию контрразведчиков, как сообщил капитан. Про третьего ничего не скажу, но то, что он работает на британцев, это точно. Работает у нас по экспорту зерна. Инспектирует и ставит подпись на документах судов, что отправляются с продовольствием в Англию.
– Хорошо подготовились, – задумчиво протянул я, пробежавшись по информации на листе.
– Генерал меня просчитал?
– Вы с ним уже сколько лет знакомы. Как он сказал, ты подобного не оставишь. Лучше взять это дело в свои руки, а не дать тебе заниматься самодеятельностью. Зачем нам самим этим заниматься, когда есть хорошо мотивированный желающий, что не состоит у нас на службе? Британцы никак не подумают, что именно ты вышел на охоту. Как работать будешь?
– Это мое дело.
– Я оставлю тебе телефон. Если потребуется перейти через границу, свяжись, помогу.
Подумав, я решил не раскрывать свои каналы и кивнул, принимая предложение.
– Это всё?
– Из того, что мне разрешено тебе сообщить и. предложить, всё. Была только просьба начать работу с середины января. Мы успеем подготовиться к неожиданностям.
– Без проблем, я и сам не собирался торопиться. Отдохну тут пока."
"– Тогда всего хорошего, – встав, сказал полковник. Пожав ему руку, я проводил до выхода, помог одеться и, убедившись, что машина с Рощином отъехала от дома, задумчиво посмотрел на охранников, что продолжали работать и изрядно нервировать родственников, и направился обратно.
Ага, сейчас прям – разбежался ждать. Как говорится, резидента надо колоть, пока он горячий.
Уходить я решил незаметно для охраны – ночью. Записку оставлю отцу, он передаст старшему. В ней попрошу вести себя, как обычно, как будто я в доме. Тот запросит у начальства, те обратятся к Рощину, ведь это он курирует меня, тот подтвердит.
