После этого, воспользовавшись моими ключами, сапёр проверил салон и заглянул в капот с багажником, после чего крикнул:
– Чисто!
Немедленно к машине направились эксперты-криминалисты, а сапер с пару минут что-то энергично объяснял начальнику следственной группы, потом направился к нам, вытирая снегом руки.
– Митрич, ну что? – спросил я у него.
– Ты, Игорек, не ошибся. На тебя ставили, без сомнения, – сплюнул кряжистый пятидесятилетний сапер.
– Значит, была ловушка? – уточнил Рощин.
– Взрыватели проверю, скажу точно, но если бы я перерезал бечевку, что была привязана к валу, то рванула бы.
Хитрая схема. Суки. Полный двор детей был. Неужто не понимают? Действуют, как поляки в сорок четвертом, когда наши наступали. Ладно, пойду, мне еще рапорт и экспертное заключение давать.
Сапер направился к фургону, а мы продолжили наблюдать за работой криминалистов.
– Они мне всю машину так своим порошком обсыпят, – недовольно сказал я, видя, как один эксперт снимает с дверцы отпечатки пальцев.
– Ладно, им тут работы еще на полчаса. Рассказывай, зачем хотел с генералом встретиться, – велел Рощин. – Александр Михайлович велел мне разобраться с этим делом.
– Давайте поднимемся, там и доложусь.
В квартире полковник разделся и, надев тапочки (ботиночки у него были не зимние), следом за мной прошел в кабинет. Закрыв дверь, я предложил ему присесть и, достав бутылку хереса, сказал:
– Мне нужно немножко выпить. Будете?
– Немного, – пошел на контакт полковник.
За полчаса я выложил все свои мысли насчет британцев и что они действуют руками завербованных сотрудников комитета. Генерала Тобольского и полковника Стругова я тоже на них навесил. Полковник, покачивая в руке полупустой бокал и иногда прикладываясь к нему, слушал очень внимательно, казалось бы впитывая информацию. Ой, чую, не зря его генерал себе в замы взял, не зря.
– Интересная информация, но согласен, она идеально ложится на все несуразности последнего месяца, – задумчиво сказал полковник.
– Ты куда-то собрался? Что за чемоданы в прихожей?
– Кстати, странная ситуация, но заставляет задуматься. Фактически машину я поставил на прикол на две недели до возвращения из Киева. Билет я купил, всех обзвонил, поздравил, предупредил. Однако неизвестные всё равно минируют машину. Что это говорит?
– Ты хочешь сказать, они не владели этой информацией? – подался вперед полковник.
