Ладно, не будем уходить в историю, всё равно – что было, не вернёшь, да и без бутылки беленькой нормально не поговорить. Вы можете высадить нас поближе к башне, чтобы ножками недалеко было топать?"
"Роман и Андрей очень серьезно прислушивались к нашему разговору. Явно фиксируя каждое слово.
– Насчет беленькой намек понял. Хотя водку трудно достать, но я смогу. Где встретимся? – забросив крючок, спросил таксист, ища место, где можно припарковаться.
– Город я плохо знаю. Может, в нашем отеле? У него несколько оригинальное название.
– «Бастилия»? – уточнил таксист, наконец найдя свободное место и припарковывая машину.
– Точно, – удивился я.
– На той улице, где я вас подобрал, множество отелей, но с оригинальным только одно. Потомка начальника тюрьмы.
Объяснение меня устроило: действительно, кому как не таксисту знать все местные отели.
– Антон Серебряков, – протянул я руку.
– Юрий Кузьмич Шмидт.
Мы все синхронно засмеялись, потом я спросил, старательно подавляя улыбку:
– Тот самый?
– Нет, тот был Петр Петрович, – улыбнулся Юрий Кузьмич.
– Я тоже читал книгу Ильфа и Петрова. Только во французском переводе. С вас два франка.
– Я плачу, – сообщил я своим. Пока они выбирались из машины, уплатил и спросил: – Когда встретимся? А то, честно говоря, очень уж охота побеседовать с осколком великой империи о прошедшем.
– Когда вы вернетесь?
– Ближе к вечеру. Когда у вас тут темнеет?
– В полдесятого темнеет.
– Вот в восемь и пообщаемся. Ничего, если что – у меня переночуете.
– Хорошо.
Пожав руку Юрию Кузьмичу, я вылез из машины и аккуратно захлопнул дверцу, после чего подошел к стоявшим на тротуаре спутникам и спросил:
– Чего стоим? Пошли, сейчас на башню, а потом можно и погулять.
Мы углубились в парк и по тропинке направились в сторону башни. Но как оказалось, это была тропинка для прогулок, короче говоря, она повернула и направилась в противоположную сторону. Но мы что, не русские, что ли? Что нам этот газон с табличками «по газону не ходить»? Одним словом, мы перепрыгнули через полуметровую ограду из кустарника и под взглядами прохожих-французов спокойно прошли по газону и, снова перепрыгнув через кустарник-забор, оказались на тропинке, что вела прямо к башне.
– Месье! – окликнули нас сзади. Обернувшись, я увидел приближающегося к нам быстрым шагом жандарма. Это был второй полицейский, что мы видели за сегодня на улицах Парижа. Те, что встречали в аэропорту, не считались.
– Вы это нам? – уточнил я.
