Может, ничего и не происходит? Может, она все придумала? Может, она думала не так? Может, кто-то зашел в гости?
Нет, веско сказало ей ружье. Нет. Не расслабляйся. Ты все думала правильно. Он поговорил бы с тобой по телефону, если бы это были просто гости. Он не стал бы запирать тебя дома, если бы не был уверен, что сегодня кто-то придет, чтобы убить его. И фонарь погас!..
Палец лег на курок.
Голоса слышались издалека, и она пошла на звук, осторожно и тихо, стараясь, чтобы унты не скрипели, и заглядывая во все комнаты.
В комнатах было темно. В них плясала и корчилась сумасшедшая луна, ставшая особенно яркой после того, как погас фонарь.
Они разговаривали в большой комнате, из которой ночью Дима выбросил пропитанный зловонной химией ковер.
Какое чудесное имя – Дима. Если у нее родится сын, она непременно назовет его Димой. Как отца. А звать они его станут Митькой, чтобы не путаться.
Она дошла до двери и замерла, прислушиваясь.
Что-то произошло с ее слухом – он стал острым, как у дикого лесного зверя.
Она слышала, кажется, как все еще продолжает капать вода в ее оставшемся нараспашку доме.
– Я имею право знать, – негромко сказал Белоключевский. – Я же все понял.
– Что ты понял? – Во втором голосе, показавшемся ей странно знакомым, прозвучала насмешка.
Лиза выглянула и опять спряталась, как заправский хищник.
– Сигареты, – сказал Белоключевский. – Я нашел место, где стояла машина, там валялись окурки. Я их подобрал.
– Окурки не в счет.
– В счет. У тебя в кабинете я взял твои окурки.
Ты держишь фильтр в зубах, они все прокушены. Показать?
И он похлопал себя по карману.
Лиза удивилась. В кабинете? В каком кабинете?
– Нет, – отказался гость. – Я тебе верю. А еще?"
"– Телефон, – ответил Белоключевский. – Лиза попросила тебя положить трубку, когда разговаривала по телефону из приемной. Ты положил.
– Ну и что?
– Ты закручиваешь шнур вокруг аппарата, – объяснил Белоключевский устало. – Когда ты ночью пришел во второй раз, ты проверял телефон – ты отключил его от розетки.
Вот этот, – и он кивнул на тумбочку с высокими изогнутыми ножками. – Я никогда не закручиваю шнур, это совсем… не мое движение. У Лизы в кабинете ты положил трубку точно так же.
– Молодец, – похвалил второй. – А я старею.
– Нет, – возразил Белоключевский, словно утешая его, – просто так все совпало. Я никогда в жизни никого бы не нашел по этим… приметам, если бы не встретился с тобой.
– Я удивился, – признался гость.
