Потом сеанс связи уже в городе, когда колонна подходит к УВД и делает короткий отдых. Дальше ее ведет Первый, график их переговоров мне неизвестен.
— Достаточно, Игорь Владимирович! — прервал Басманова Палач. — О связи колонны я узнал все, что хотел узнать, теперь о том же, но касаемо машин сопровождения милиции. Менты ведут плановые переговоры? Если да, то когда и с кем?
Басманов задумался, затем ответил, но менее уверенно:
— Вообще-то милиция имеет свою связь и может в любую минуту связаться с УВД Переславля, но, насколько мне известно, они больше находятся на приеме.
По крайней мере, инструкция сил сопровождения предусматривает только экстренный выход на связь начальника охраны. А вот между собой милиция и внутренняя охрана бронированных «КамАЗов» общаются постоянно. По внутренней связи!
Палач кивнул:
— Спасибо за консультацию, Игорь Владимирович, у меня к вам вопросов больше нет, да и ко всем остальным тоже. Предлагаю принять план Леонида Максимовича Максимова за основу, по нему и действовать!
Участники совещания единогласно одобрили предложение Баркаева.
На этом служебная часть сходки была объявлена законченной.
Банкир пригласил всех к озеру, пока Роман накрывал в беседке стол.
У воды компания разделилась.
Шеленгер о чем-то говорил с Басмановым и Максимовым, Мурза отошел к камышам с Хозой. Говорить особо было не о чем. Умаров уже перебросил своих людей на остров, он знал, что получит задачу непосредственно перед акцией, так что о службе разговаривать не имело смысла.
Гадать, как сложится обстановка в ходе акции, тоже было бессмысленно.
Шеленгер в какой-то момент отошел от своей компании, подозвав Палача.
— Твой заказ насчет специального оружия будет выполнен 4 июля. Его доставят ко мне. К вечеру пятого числа присылай сюда джип. «К-701» и «КамАЗы» могут быть отправлены на место хоть завтра. Двадцатитонный полуприцеп с тягачом уйдет в карьер пятого числа.
Мне пришлось выложить за все это большие деньги, Мурза!
— Вычтите их из моей доли, не обеднею, босс! — ответил Палач.
Но в Шеленгере заговорил банкир, умеющий считать деньги, он не согласился с Баркаевым:
— Зачем же так? Дело общее, навар общий, доли равные, следовательно, и расходы должны быть поделены пополам!
— Как угодно!
Казалось, финансовая часть операции, ради которой она и затевалась, сейчас меньше всего волновала чеченца.
