И еще больше обещала, когда удастся кино заснять. И Леся, — Надя снова усмехнулась, — с восторгом согласилась. Ирка — она сделки еще тогда, в одиннадцатом классе, умела заключать.
— Да… У вас не школа была, а прям бордель какой-то, — строго произнес Полуянов.
Однако глаза его улыбались.
— Ой, ладно, ангел ты мой! — нахмурилась Надя. И робко спросила: — Можно, я себе еще джина с тоником закажу?
— Заказывай, — великодушно разрешил он.
Будем надеяться, кредитная карточка выдержит. А если Надюха напьется — может, и это хорошо.
Выпивка, во-первых, лучшее лекарство от угрызений совести, вот пусть и полечится. А во-вторых — рассказ подруги весьма распалил его самого. Да что там распалил: Дима просто дождаться не мог, когда они вернутся домой и он сорвет с Надьки взрослые одежки. А потом попросит ее втиснуться в старую школьную форму и исполнить роль послушной ученицы. Ну а сам примерит на себя обличье строгого учителя.
Правда, Надежда пока что домой не собиралась. Продолжала сидеть напряженная, нервно теребила в руках салфетку.
— Слушай, чего ты дергаешься? — пожал плечами Полуянов. — Милая детская шутка, дела давно минувших дней… Уверяю тебя: за такое не мстят. Тем более спустя десять лет.
— Да я тебе еще не все рассказала, — горестно вздохнула Митрофанова.
— Вы что, сделали вторую серию? — хмыкнул он. — И следующим номером засняли забавы физкультурника? Или трудовика? Или вообще директора?
— Не смешно, — отрезала Надя. — Я, между прочим, вообще эту пленку ни разу не посмотрела.
И с девчонками о ней мы никогда не говорили. И у Ивана Адамовича, конечно, никаких пятерок я не вымогала…
— Я и говорю: не бизнесменша, — с улыбкой укорил Полуянов.
А Надя, будто не услышав, продолжила:
— Я решила, что самым умным будет сделать вид, будто ничего не произошло. И Иван Адамович, кстати, точно так же себя повел. Тоже об этом случае никогда не вспоминал. Словно вычеркнул тот день. И все.
— А что у тебя в аттестате по истории? — лукаво поинтересовался журналист.
— «Четыре»."
"— И в историческую библиотеку ты пошла работать, чтоб искупить свою вину… — снова подколол подругу Полуянов.
— У нас, кстати, с Иваном Адамовичем до сих пор нормальные отношения, — будто защищаясь, произнесла Надя. — Мы и здороваемся, и еще я ему в свой зал пропуск сделала, хотя у него кандидатских корочек нет, и редкие книги из хранилища ему добываю…
— …А вечерами караулю с кинокамерой! — не отставал Полуянов.
