— Господи, помоги.
Нет времени на истерику и слезы, а так хочется. Потому что она женщина, она слабая женщина с грудным ребенком, их похитили, это все так ужасно и безумно страшно. Но она должна быть сильной. Где-то слышны стоны, голоса, удары, она идет вдоль кирпичного высокого забора, но попадает в дым. Останавливается, дышит, Саша начинает плакать, качает его, успокаивая, делает несколько шагов в этом дыму, сама начинает задыхаться им, натыкается на кого-то, вскрикивает, оседая на землю, отползая назад по сырой траве.
— Полина, милая, это я. Все хорошо. Это я.
Голос такой знакомый, Полина даже не верит, что слышит его.
ЧАСТЬ 30
— Полина, Полина, это я. Ну, что ты, все хорошо. Посмотри на меня, девочка.
Ее подняли на ноги, сжали плечи, Влад с тревогой заглядывал в глаза, а у самой слезы катились по щекам. Он тут же подхватил ее с сыном на руки, куда-то понес. Такой родной, большой, любимый, от его запаха закружилась голова, Сашенька на руках заворочался.
— Вот так, давай в машину, парни, включите печку.
— Влад, только не уходи, пожалуйста. Не уходи.
— Я здесь милая, здесь.
Владу самому нечем было дышать, и это не от дыма, эмоции переполняли, разрывая на части. Он не ожидал, что наткнется во дворе на Полину с ребенком, он шел четко убивать Амирова одними голыми руками. Как получилось, что Полина на улице? Побег? Что, если они могли не успеть? Или ребята Тихона могли зацепить ее?
— Все хорошо, хорошо, я рядом. Тебе не холодно? Как ты оказалась на улице?
— Там мужчина, пожилой, он вывел меня из дома.
Сказал, что надо уходить, пока все спят. Но ты нашел нас. Как хорошо, что ты нашел нас.
Влад снимает куртку, накидывает ее на плечи Полины, сам не может смотреть ей в глаза, потому что виноват. Виноват, что ей пришлось все это пережить, пройти этот ад вместе с сыном. Все-таки посмотрел, сжал зубы до скрежета. По щекам девушки текли слезы, под глазами темные круги, лицо осунулось, нижняя губа треснула, справа кровоподтек.
— Тебя трогали? Он тронул тебя?
— Нет, нет, Влад, не трогал.
Нет, ничего такого.
Полина сидит в салоне машины, Влада стоит у открытой двери, она цепляется за рукав его джемпера. Даже в темноте видно, как его взгляд наполнен гневом, как сжимаются его кулаки. Если сейчас не остановить его, он поубивает всех вокруг, Полина не хочет этого. Не надо больше никого убивать. Ей и так нелегко принимать их такими.
Невероятное ощущение, когда по венам вместо крови разливается чистый гнев.
