Видимость ухудшал туман. Он расползался все шире, забирался в самые укромные уголки. Лишь когда падали осветительные ракеты, можно было различить противотанковые рвы, многослойные проволочные заграждения, бугры дотов.
Солдаты группы «Центр» возвели надежную, эшелонированную систему укреплений. Все подходы к их позициям были заминированы, хорошо простреливались.
Пока все было тихо. Шесть разведчиков и четыре оперативника контрразведки СМЕРШ прибыли в заданный квадрат два часа назад. Тогда как раз стемнело.
Разведчиков возглавлял сержант Чудилов, опытный боец, бывший лесник из Забайкалья. Его парни смотрелись весьма неплохо: все немногословные, спокойные, закутанные в маскировочные комбинезоны.
Совещание у Кудрявцева было недолгим и продуктивным.
— Вот здесь они пойдут, — уверенно заявил комбат, тыча пальцем в замусоленную карту. — Зуб даю, товарищи контрразведчики, что так оно и будет. Справа болото, в нем немцы завязнут. Слева чаща, заваленная буреломом. Они обязательно шума наделают.
Там еще и мои ребята на всякий случай дежурят.
Саблин распределил бойцов, прислушиваясь к советам бывалых разведчиков. Группа выдвинулась за пределы позиций метров на семьсот. В условиях тумана и сложного рельефа такое удаление было сродни бесконечности. Все рассыпались по заваленным траншеям, соединенным хитрыми ходами, слились с местностью.
— Как связь поддерживать, командир? — заблаговременно осведомился Казначеев. — Тут не лес, крик совы не прокатит.
— Кричите как суслики, — с ухмылкой посоветовал Чудилов.
— Два крика — все спокойно, один — чужие в поле.
— Ты дубина необразованная, — сказал сержанту Казначеев и постучал его по голове. — Разве суслики кричат?
Разведчики долго смеялись над темнотой лейтенанта контрразведки, а потом сказали ему, что суслики могут издавать самые разнообразные звуки, разве что по-человечески не говорят.
— Пронзительно чирикайте на птичий манер, — сказал Чудилов и тут же продемонстрировал, как именно надо это делать.
— Такие звуки у этих зверушек означают тревогу, возмущение, реакцию на попытку чужака нарушить его территорию. В стойку суслика можно не вставать, — закончил сержант под сдавленный хохот разведчиков.
Трепетное почтение к сотрудникам контрразведки СМЕРШ эти бравые вояки еще не выработали.
В окопе было холодно и неуютно. Время практически стояло на месте. Он дышал на озябшие ладони."
"В поле изредка покрикивали суслики. Диверсанты противника не появлялись.
