– Послушайте, Максим, а если это какая-то ловушка? Сидит в засаде паук, ждёт, пока мы скопытимся, и повяжет нас, как мух!
– Почему это скопытимся? – озадачился Костя.
– Может, в ягодах полно усыпляющих алкалоидов или наркотик.
Костя перестал есть.
Максим засмеялся.
– Во‐первых, никаких пауков в засаде не видно, да и кого им тут ловить? Белок, ёжиков разве что? Не считая бабочек и муравьёв. Во‐вторых, я доверяю лесу. Он не предаст нас, нутром чую.
– Нутром он чует, – фыркнул Костя. – Вас в училищах да на полигонах разве доверию учили?
– В том числе и доверию.
В одном вы правы, – глянул Максим на археолога, – что пробовать всё растущее здесь надо осторожно, как бы не получилось передозировки. Если желудки наши не станут жаловаться, ягодами начнём лакомиться регулярно. Возвращаемся на базу, солнце давно ушло на север. – Он спохватился. – Да, вот ещё одна забота: нужны сухие дрова. Возле ракеты сухого валежника нет, я проверял, придётся искать. Однажды встретилось сухое дерево, хорошо бы найти такое.
Пошли медленнее, зигзагами, ища сухостой.
Повезло Веронике. Она крикнула на радостях:
– Вижу! Вон там, между «соснами». За большим «дубом».
– Тише, барышня, – одернул девушку Вениамин Витальевич.
– Извините, – смутилась она.
Засохшее дерево Костя определил как псевдобразильский псевдофикус, как он выразился. «Фикус» был высоким, метров под пятьдесят, но его ствол к комлю превращался в сросток плоских «досок», в свою очередь распадавшихся на мощные контрфорсы и досковидные корни.
Костя прикинул количество, массу и длину этих выступавших из земли корней и присвистнул."
"– Ничего себе фрактальчик! Корни тянутся метров на сто! А площадь всего корневища, наверно, больше сорока тысяч квадратных метров! Хорош старичок!
– Интересно, отчего он засох, – сказал Вениамин Витальевич. – Ведь рядом нет ни свалки, ни химической фабрики, стоят абсолютно здоровые деревья. Да и корни у него будь здоров, сосут влагу с большой площади.
– Причин может быть несколько, – ответил Костя авторитетным тоном.
– Старость, к примеру, сужение сосудов, нападение короедов, подземный слой какой-нибудь органики или, наоборот, неорганики.
– Здесь не видно никаких короедов.
– Значит, имеется ещё одна причина, которая нам не видна.
– Я встречал сухое дерево, – сказал Максим, доставая нож, – не в пример ниже, так вот, белки отщипывали с него кусочки коры, сбрасывали вниз, а шестилапые ёжики, похожие на ящерок, утаскивали эти кусочки в неизвестном направлении.
