Вторая очередь с земли выцеливала аэробайк, но реакция пилота не дала стрелку добиться своего, а потом сначала Редошкин дал ответную очередь, проделывая обратный трюк – перекат, а потом Максим метнул гранату, интуитивно выбирая направление броска.
Стрелок тем не менее тоже был опытным бойцом и, хотя стрелять перестал, успел скрыться в кустах, окружавших лагерь боевиков.
Максим развернул аэробайк, выглядывая шевеление «тростника», но противника не увидел. Гигант-негр, не добившись победы после атаки, успел скрыться, затаился где-то, хотя далеко уйти не мог.
Лесной гул ушёл в небо.
– Дом? – крикнул Максим.
– Живой! – отозвался лейтенант. – Я его не вижу.
– Он побежал правее, к реке.
– На катере торчит крупнокалиберный двадцатимиллиметровик. Предлагаю сделать круговую зачистку.
– Тенью!
– Понял!
Сверху было видно, как высокая трава стелется ручьём – там, где Редошкин змеёй полз к катеру.
– Эй, терминатор! – крикнул Максим по-английски, продолжая зорко контролировать звуки и шевеление в кустах.
– Ты остался один, выходи!
Никто не ответил.
Максим повторил призыв сдаться на языке хуту.
Через несколько секунд до слуха долетел гортанный голос африканца, говорившего по-английски с отчётливым акцентом:
– Я всех убить!
– Сейчас мы откроем огонь из пушки, и ты отправишься вслед за своими головорезами!
На этот раз молчание длилось дольше.
– Ты нет стрелять, мой есть казембе… настоящий нкулу… брат бога…
– Ты настоящий говнюк, брат бога! Выходи, считаю до десяти.
– Мой вызвать месть богов…
– Твой уже никого не вызовет, мы не на Земле, если ты успел заметить, и на помощь никто не придёт.
Краем глаза Максим увидел, что Редошкин карабкается на катер, встаёт к автоматической пушке, а потом бежит на мостик. Из пушки можно было открыть огонь только с пульта управления.
– Отсчёт пошёл! Десять, девять, восемь…
– Мой выходить!
Шевельнулись жёлтые свечки «камыша» в полусотне метров от того места, где скрылся стрелок пару минут назад (Максим невольно удивился: командир боевиков оказался шустрее и изобретательнее, чем можно было представить), и на берег слева от катера выбрался африканец, держа над головой автомат.
– Подойди! Оружие на землю!
Великан бросил автомат, покосился на ложбину, появившуюся на месте палатки, и трёх своих подчинённых, подошёл, глядя, как садится на землю аэробайк.
Максим спрыгнул с седла, опуская на тумбу «фаустпатрон».
