По их жестам и хохоту можно было предположить, что в шалаше их напарник насиловал пленницу.
Максим взлетел выше, прижимаясь к зарослям «камыша» возле катера.
Он не ошибся. Из палатки выскочил человек, но не женщина, как сначала предположил майор, а мужчина, совсем молодой паренёк с шапкой густых чёрных волос, побежал к катеру, на ходу накидывая курточку. За ним неторопливо вылез бородатый смуглолицый здоровяк, поправляя ремень штанов. Его встретил взрыв хохота и крики приятелей, чувствующих себя как дома.
Африканские нацисты ничем не отличались от белых собратьев что в Германии, что в Прибалтике, что на Украине, и их интеллекта хватало только на удовлетворение простейших физиологических потребностей.
С другой стороны поляны донёсся двойной крик попугая ара: Редошкин докладывал, что готов к бою.
Максим выстрелил из винтовки в боевика на катере, затем рванул аэробайк вверх и активировал «фаустпатрон», целя в удачно собравшихся вместе «повстанцев».
Оружие владельцев яйцевидной ракеты не подвело и на сей раз.
Со звуком лопнувшего гигантского резинового баллона головка «фаустпатрона» раскрылась пучком прутьев метлы, посылая вниз прозрачно-вихристый язык неизвестной субстанции. Впечатление создавалось такое, будто вскипел сам воздух. Расширяясь и удлиняясь, струя «кипящего воздуха» вбила в землю боевиков, палатку и штабель ящиков, превращая их в овальную ложбину глубиной в полметра и длиной в двадцать. Исчезла даже трава, раскатанная по ставшей твёрдой, как асфальт, земле.
И лишь цветные пятна на этом «асфальте» указывали на присутствие вкраплений – тел вооружённых людей."
"Из-за кустов в полусотне метров показался Редошкин, покачивая из стороны в сторону стволом карабина.
Максим развернул аэробайк, готовый открыть огонь в случае появления противника, но стрелять не пришлось. Упавший в воду африканец плыл по реке лицом вниз, оставляя за собой в воде красный след.
– Выпускай пленников, – сказал Максим.
Редошкин припустил к катеру.
И в этот момент волной на голову накатил гул леса! Словно кто-то огромный, как планета, узрел опасность и предупредил человека на своём языке.
– Ложись! – рявкнул Максим, толкая рукоять аэробайка.
Аппарат подскочил на десяток метров вверх.
Одновременно с его прыжком Редошкин нырнул в траву и перекатился на пару метров, выполняя боевой маневр под названием «змейка». Раздавшаяся автоматная очередь ударила точно в то место, где лейтенант находился мгновением раньше.
