Я уверена, что у него где-то есть оружие, но я благодарна, что он не тычет им мне в лицо.
— Доброе утро, Ян, — рассеянно говорит Джереми, собирая своих игрушечных солдатиков. Он сидит так близко ко мне, что его бедро касается моего, а ноги свисают со скамейки.
— Доброе утро, — отвечает Ян, кивая головой в мою сторону.
— Доброе утро, — выпаливаю я, не зная, как с ним разговаривать.
Теперь, когда его не заслоняют Коля и Адриан, и я могу наблюдать за ним вблизи, я вижу, насколько красив Ян на самом деле. Телосложение у него худощавее, чем у Адриана и Коли, черты лица мягче, менее сдержанные, а густые ресницы почти девчачьи.
Это и его длинные волосы делают его каким-то образом более доступным, чем два других.
У него также нет постоянного хмурого взгляда, как у остальных. Выражение его лица тоже не приветливое, просто нейтральное. Все это вместе взятое делает Яна единственным человеком, к которому, как мне кажется, я мог бы подойти ближе всех. По какой-то причине я чувствую, что мне нужны союзники, кроме ангела, сидящего рядом со мной.
— Ты все время присматриваешь за Джереми? — спрашиваю я.
— Да.
— Ян иногда играет со мной, — сообщает Джереми. — Все в порядке, Ян. Теперь у меня есть мамочка.
Я улыбаюсь, и, хотя Ян не отвечает мне тем же, выражение его лица смягчается.
— Ты давно здесь? — спрашиваю я Яна.
— С трех лет. — Я замечаю, что, пока он говорит, Ян не смотрит мне в глаза, предпочитая сосредоточиться на Джереми, поэтому я делаю то же самое, поднимая пару его игрушек, не знаю почему.
— Это очень долго.
— Можно и так сказать.
— Ты… знал Лию? — бормочу я, не желая, чтобы Джереми услышал. — Я имею в виду меня, прежде чем я… ну, ты понимаешь…
— Мы с Колей вытащили вас из гаража, госпожа Волкова. Мы знаем.
Верно. Они сделали это. Так что вместе с Адрианом Коля и Ян тоже знают, что я самозванка. Это заставляет меня чувствовать себя ближе и непринужденнее с Яном.
— Пожалуйста, не называй меня госпожой Волковой.
— Вы — она.
— Ты же знаешь, что нет.
Он выпрямляется, но ничего не говорит, поэтому я повторяю.
— Так, ты знал ее?
— Да, — его ответ короткий, но не резкий, что означает, что он не возражает против других вопросов.
— Сколько ей было лет?
— Прошло совсем немного времени с тех пор, как ей исполнилось тридцать.
— Как долго она была замужем за Адрианом?
— С тех пор, как ей исполнилось двадцать четыре.
Это шесть лет — долгий срок, чтобы провести его в обществе дьявола. Я здесь всего два дня, а они кажутся вечностью.
