Машина останавливается, и я еще глубже вжимаюсь в Яна. Если они бросят его где-нибудь в глуши, он не сможет выжить.
— Пора тебе разобраться с этой сукой — Стрелок достает сигарету. — Я так устал от ее раздражающего голоса…
Сигарета выпала из его пальцев, когда водитель выстрелил ему между глаз. Его голова склонилась набок, лицо исказилось от удивления.
Я задыхаюсь, все мое тело напрягается. Он только что застрелил своего напарника.
Водитель наклоняет голову, и черная шляпа скрывает выражение его лица. Его рука, обтянутая черной кожаной перчаткой, лежит на руле, а другая, держащая пистолет, лежит на коленях.
Его поза расслаблена, беспечна.
— Шумный ублюдок. — небрежно бормочет он.
Мои губы приоткрываются, когда осознание врезается в меня. Это тот же голос из моего кошмара.
Тот же тон.
Тот же тенор.
У тебя одна миссия. Нажми на гребаный курок.
Тень. Тень здесь.
— Давно не виделись, Герцогиня. — говорит он, не оборачиваясь. — Скучала по мне?
Я пытаюсь повернуться в сторону, чтобы увидеть его, но шапка и маска все еще скрывают его лицо.
— Кто ты? — Мой голос спокоен, но осторожен.
— Кто я — интересный способ выразить это. Кто ты, Герцогиня? Какова твоя миссия?
— У меня нет никакой миссии.
Он вертит пистолет в руке, указательным пальцем нажимая на спусковой крючок.
— Ты знаешь это. Я знаю это. Если ты этого не сделаешь, ты заплатишь за это.
— Я не понимаю, о чем, черт возьми, ты говоришь. — мои губы дрожат, когда слова покидают их.
— Искать возможность поговорить с тобой чертовски утомительно, Герцогиня.
Перестань тратить мое время и сделай так, чтобы это произошло. Я скоро тебя проверю. — Он вылезает из машины и, прежде чем я успеваю вздохнуть, рывком распахивает мою дверцу и вытаскивает меня наружу."
"Я держусь за Яна, и мы оба падаем на землю. На улице темно. Так темно, что я едва различаю контуры лица Яна.
Тень стоит передо мной, но я никак не могу понять, кто это. Он высокий, худой и пахнет… отбеливателем.
Отбеливатель… почему он так пахнет и почему это так знакомо?
— Я не терпеливый человек, Герцогиня.
Так что не испытывай мои пределы.
И с этими словами он забирается в машину. Шины визжат по гравию и грязи, прежде чем он выстрелит вдаль.
Он бросает нас здесь?
У меня даже нет телефона, чтобы позвонить Адриану или хотя бы использовать его в качестве фонарика.
Ян издает стон, и я чувствую перед собой что-то теплое. Его рука. Слава Богу, это его рука, а не другой орган.
— Ян! Открой глаза.
