Ты ему…
Твою мать!
Я резко выдыхаю, переводя взгляд на Катю, а после на ее сына. Может ли быть такое, что это мой ребенок? Что она утаила от меня сына?
Сколько ему лет? Навскидку около пяти, плюс-минус. То есть вполне.
Пытаюсь вспомнить, было ли что про его возраст в тех материалах, что нарыл на Андрееву мой безопасник. Хрен его знает, я тогда вообще про ребенка не думал, и мысли не было, что он может быть моим. Меня Катя интересовала.
— Ты иди, я подойду чуть позже. Мне позвонить нужно, — киваю Набережному.
Достаю телефон и набираю номер Андрея.
— Слушай, помнишь, я просил тебя узнать все, что сможешь, о Екатерине Андреевой? — начинаю с главного. — Сколько лет ее сыну? Мне нужна точная дата. И выписка из его медицинской карты, вернее, данные о том, в какой срок он родился. Доношенный, нет?"
"— Эм, прямо сейчас не скажу. За рулем. Через полчаса буду дома, гляну. Подойдет? — уточняет безопасник. — Или тебе прям срочно надо?
— Да нет, в течение вечера скинь мне смс-кой.
— Договорились. Сделаю.
Я провожаю взглядом Катю с сыном, которая, сменив траекторию, обходит меня стороной.
Рано я радовался, когда думал, что хмырь самоустранился. Он ждет ее вместе с какой-то девкой за столиком. Оживляется, вставая и двигая для нее стул. Суетится.
Раздражение копится как снежный ком. Катя, Катя…
Она ведь понимает, что если я узнаю правду, если этот пацан действительно мой сын, то я от нее не отстану. А мальчишка и правда похож на мою племяшку. Даже мимика одинаковая. Как я сразу этого не заметил?
Интересно, тест ДНК потребуется делать или Андреева сама признается, когда поймет, что я все знаю?
Иду к Карине, которая, заметив меня, машет рукой.
Другого варианта нет. Набережный был прав, когда говорил, что Карина ни при чем. В конце концов, окончательное решение о том, чтобы взять ее с собой сюда, принимал я, значит, мне и отвечать.
Сесть отдельно означает дать повод для сплетен, которые мне сейчас не нужны. Да и вообще не нужны, не только сейчас.
— Что тебе заказать? Меню у них ограниченное, так что выбор не особо большой, — наклоняется она к уху, когда я присаживаюсь за стол.
Пробегаю глазами по названиям блюд, тыкаю пальцем в парочку. Есть все равно не хочу, но для приличия на столе должно что-то быть.
Карина подзывает официанта, передавая заказ.
— Как прошел день? — интересуется она.
— Продуктивно.
— Все сделал, что хотел?
— Почти, — отвечаю сухо.
Народа собирается достаточно. Все свободные места заняты, а те, кому не хватило, остаются стоять.
