– Так будет иметь смысл, ежели половина деревни на коленях пересидела: нянчилась со всеми, кого оставить не на кого было. Мой хозяин… – Глянула на лейтенанта: ты, хлопчик, еще титьку у мамки сосал, а мы Отечество защищали. Потому не стращай никого, а бери пример со своего командира. – Мой Федя пропал в Первую мировую, так что своих деток не заимелось. А теперь даже страшно представить, сколько лялюшек окажется после этой войны…
– Война страшная, – согласился начальник контрразведки. Подвинул табурет себе, подсаживаясь к гостье за один стол.
– Как вам работается?
– Девки говорят, что, если бы можно было солнце подпереть, работали бы и больше. Тяжело, не скрою. А надо.
– Это вы правильно сказали – «надо», – согласился Врагов с «девками». Подвинул ближе к бабе Ляле «крылатку» с новым букетом полевых цветов – женщин они умиротворяют и располагают к беседе. Успел посмотреть и на Соболя: только попробуй этот букет стащить… – А вы знаете такого рабочего – Кручиню Ивана Павловича?
Гостья улыбнулась:
– Твое дело не секрет, вчерась под звездами чуть не поцеловались, – не без восторга поведала о приключении, которого у нее, может, ни разу в жизни и не было.
– Случайно, а заполучила крохи женской радости. А что, не надо было?
Ординарец внес поднос с кружкой дымящегося чая и сладостями, замер – кому подавать? Майор указал на гостью. Солдатик рукавом протер стол, поставил на него блюдечко с разнокалиберными кусочками нащипанного сахара, рядом оставил кружку. Баба Лялюшка без промедления цапнула рафинад, молниеносно положила его в карман юбки.
– Крестнице. Организм растущий, – пояснила майору, чтобы не подумал, будто своровала, да еще для себя.
Перелила из кружки кипятка в освободившееся блюдечко, расселась купчихой, поднесла парящее озерцо ко рту, пустила по нему рябь, остужая. Глотнула напитка, блаженно прикрыла глаза:
– Хорошая заварка, сытная. Чую, что и листья смородинки положили, и веточку малины, и ягодку какую-то. Вкусно. Спасибо. Еще налью, – плеснула снова на блюдце.
– Так об чем мы?
– Про ваше свидание, – напомнил разговор распарившейся над чаем бабе Лялюшке начальник контрразведки. – Только вот жених ваш утверждает, что потерял на этом свидании что-то. Искал потом…
Невеста, не посчитав вопрос сложным, сначала отхлебала до донышка чай, потом добавила в блюдце третью порцию и лишь после этого ответила:
– Так ножичек свой и искал. Спохватился сразу: то ли при мне обронил, то ли напарник взял. Было дело. Искал.
